— Пожалуйста, Эллен, есть ли что-нибудь еще, что мне нужно знать? Я не очень люблю сюрпризы. — Его рука скользнула по бетонной стене, теплые пальцы нашли ее руку.
Эллен смотрела, как Иззи бегала туда-сюда по пляжу, уклоняясь от накатывающих волн и бросая камешек за камешком в серую воду. Она посмотрела на его руку, накрывшую ее ладонь. Она расслабила пальцы и позволила Доновану сплести их пальцы.
— Больше никаких сюрпризов. — Она сжала ладонь. — Обещаю.
В этот раз потребовалось немного больше времени для появления записки на коврике перед дверью. Иззи нашла ее.
— Смотри, папа! Смотри, Эллен! Здесь наша фотография с пляжа. — Голос Иззи прозвучал в коридоре.
Эллен выскочила из зала, чуть не столкнувшись с Донованом, когда тот выбежал из гостиной.
— Дай это мне, — сказали они в унисон, вдвоем протягивая к ней руки.
Увидев выражение паники на лице Иззи, Эллен немедленно опустила руку и, сев на корточки, улыбнулась.
— Наша фотография? Как мило. Почему бы тебе не показать ее папе? — Она успокаивающе положила руку на спину Иззи. — Молодец. Отдай это папе. Отлично. Просто здорово. Я не могу дождаться, когда сама ее увижу.
— Нет, ты можешь подождать, — пробормотал Донован. — Это отличное фото, Иззи. Я буду хранить его в своем кабинете, и смогу смотреть на него, когда буду занят работой. И тогда мне будет приятно.
— Ладно, — сказал Иззи с явным облегчением. — Можно мне горячий шоколад, пожалуйста? Ты сказала, что мне можно будет, когда мы придем домой.
— Конечно, беги на кухню, думаю, миссис Холлоуэй уже делает твой шоколад.
Эллен наблюдала, как Донован поцеловал голову дочери, и затем восьмилетний ребенок припустил вниз по выложенному плиткой коридору.
— Могу я посмотреть? — спросила Эллен, схватив край фотографии. На мгновение она подумала, что Донован откажет ей, но он, должно быть, передумал. Эллен слегка вздохнула, когда увидела изображение.
На фотографии были запечатлены Эллен, Донован и Иззи, когда сегодня утром прогуливались вдоль набережной, держась за руки. Слова были снова написаны от руки:
«СЧАСТЛИВАЯ СЕМЬЯ»
— Только не говори мне, что это совпадение... — хрипло произнесла Эллен, хотя это и не требовалось.
Донован нахмурился, поджал губы, ущипнув нижнюю двумя пальцами. Через минуту он заговорил:
— Пока неясно, кому это обращение адресовано. Тебе или мне?
— Мы до сих пор не знаем, кто является угрозой. Тоби или твой клиент.
— Я просмотрю запись с камеры видеонаблюдения.
— Разве не слишком поздно? — сказала Эллен. Вышло с гораздо большим сарказмом, чем она хотела.
— Нет, если тот, кто это оставил, захочет вернуться, — сказал Донован и пристально посмотрел на Эллен. Он серьезно относился к этому вопросу, и теперь у нее не осталось ни малейшего сомнения в том, что ему не пришелся по душе ее тон.
— Извини. — Эллен уставилась в землю, избегая читать некоторые невысказанные слова в его строгих глазах.
— Я буду в кабинете, — сказал Донован, прежде чем вернуться в офис, бормоча что-то о сигнализации на воротах. В последнее время он, похоже, много вот так невнятно говорил вслух. Эллен вздохнула. Этот дом стал так похож на крепость. Если бы только существовал какой-то способ узнать, кто стоял за всем этим и почему. Наверняка это не Тоби. Какая ему от этого выгода? Вероятно, он уже увлекся новой девушкой. Он не мог быть до сих пор заинтересован в ней.
Это был своего рода сюрприз, когда Донован поднялся в игровую комнату, где Эллен развешивала новые шторы, которые купила. Они были из прекрасной розовой и зеленой ткани с мелкими цветочками. Шторы идеально подошли к новому покрывалу, заказанному Эллен, добавляя аскетичной комнате Иззи так необходимый здесь яркий цвет.
Иззи играла на скрипке, издавая шум, к которому Эллен не только привыкла, но, к счастью, почти не замечала. Звуки песенки «Мерцай, мерцай, звездочка» - пронзительные, словно вой кошки, которой прищемили в дверях хвост - был бы, наверное, оскорбительным для непривычных ушей.
— Здесь довольно симпатично, — сказал Донован после очередной ноты фа диез, напоминавшей скрип мела по сухой доске. — Иззи. Иззи! Остановись на минутку, пожалуйста.
Эллен оглянулась, и Донован, улыбаясь своей дочери, осторожно убрал смычок от струн.
— Извини, Иззи, прервись на мгновение. Я просто зашел и восхитился твоей комнатой. Здесь все выглядит красиво. Ты уже решила, в какой цвет покрасить стену за камином?
— Я хочу розовый, — объявила Иззи. Уже позабыв о музыкальном инструменте, она подбежала к своему столу и выбрала маленький горшочек с краской-тестером. — Вот этот. Эллен нарисовала несколько квадратов на стене и сказала, что я могу выбрать из них. Эта моя любимая краска.
Эллен спустилась с кресла, на котором стояла, чтобы дотянуться до верхней части штор. Она смотрела, как Донован подходит к стене и тщательно проверяет каждый квадрат. Потом он одобрительно кивнул и самым серьезным голосом сказал Иззи: — Да, мне тоже нравится. Не слишком темный и не слишком младенческий. Хороший выбор.
