— Слушай внимательно. Меня похитили. Когда из зала возвращался домой, стукнули по голове, напялили мешок, кинули в багажник. — начал я, опуская несущественные детали. Брови товарища постепенно задирались выше.
— Выкинули на свалке, за городом, мимо района Трущоб. И три дня продержали в закрытом комплексе, пытая. — я снова отхлебнул.
— Как ты умудрился войти в Арк? Ты сейчас там же? Мы с Юлей чуть с ума не сошли за эти трое суток, она у меня все время сидит сейчас, я ее не будил пока, решил сам убедиться, что тот чувак не тронулся.
— Кстати, переведи на его номер сумму за две недели на аркданс. По официальному курсу. Мы с тобой потом сочтемся, я пока не смогу выходить в реал. — вспомнил я об Алексе, который помог мне гораздо больше, чем мог представить.
— Не отвлекайся, рассказывай. — кивнул он.
— Переведи. Так, о чем бишь я. Из плена я вырвался, ну, ты знаешь, у меня способности и в реал перенеслись. Пришлось пробиваться. Ну… а в конце меня пристрелили.
Пиво Ильи пошло у него через нос. Полными от непонимания глазами он смотрел на меня, ожидая комментарии.
— И в Арк я вошел там же. Это новая особенность той способности, ну, связанной души, помнишь? Я раньше тебе скидывал описание. Так вот, мне больше не нужны браслеты, чтобы заходить в игру, но я понятия не имею, где выйду. Да и вообще мало что сейчас понимаю. — я постепенно развивал историю, опустив подробности про Хаулла, абсолют и все прочее.
— Погоди, как это… у тебя там сейчас, получается, валяется мертвое тело?
— Не уверен. Возможно, и так. Но, что-то мне подсказывает, что я, типа, целиком здесь. Всамделишный Майк тут сидит, а с той стороны никого нет. Не знаю, как объяснить, но похоже это что-то вроде телепорта.
— Сраный ты фантаст, Майк. Я тебя поколочу сейчас, если не перестанешь заливать. Ну, обдолбался, свалил на несколько дней из города, хрен с тобой, мы поймем, хотя ты все равно будешь бит, но давай уже начистоту, мы тут уже реально на взводе.
— Да на, глянь. — я открыл меню навыков и скинул ему описание изменившейся способности.
— Япона-мать… — друг поднялся с кровати, отставил кружку на стол, и принялся меня трогать. Подергал за плечи, осмотрел со всех сторон.
— Так это что, получается… И что делать теперь? Тебя ж вызволять надо, ты помнишь как туда ехать?
— Не вздумай. Это второе, о чем я хотел с тобой поговорить. Вернее, и с Юлей одновременно, но уже утром. Просто попроси ее зайти, как проснется.
— Да давай я сейчас, туда обратно, вместе вернемся? — перебил меня Илья.
— Нет, не нужно, я еще не до конца все понимаю. Но у меня есть просьба — дальше я сам. Теперь это точно не игрушки, за мной открыли охоту. Найдут — убьют. А будете и вы со мной и вас до кучи завалят. Поэтому… сделай, как я прошу, объясни Юльке, чтоб не парилась. Придумай что-то. Ну, уехал, там, бросил игру, что-то случилось не шибко серьезное, но жизнь вносит свои коррективы. — я снова отпил, чувствуя облегчение. Хотя бы друзья будут в порядке.
Друг насупился, часто задышал, даже слегка в размерах увеличился. Сжал костяшки пальцев до белого цвета. стиснул зубы. И, похоже, не выдержал. Рывком сорвался с кровати, сократил дистанцию до моего стула и что было сил саданул мне в ухо.
— Да едрить тебя за ногу! — завопил я, держась за ушибленное ухо, быстро покрасневшее и пульсирующее. В голове шумело, крепко он приложил.
— Ты за кого меня принимаешь, Майкл⁈ — он тяжело дышал, как бык на корриде, готовящийся к рывку.
— Да пойми ты, чертов верзила, я за тебя и Юлю беспокоюсь! Я там чуть не сдох в тех сраных коридорах, мне ногти выдирали и к сотрудничеству склоняли! Людей положил столько, что даже посчитать не могу! Это, черт тебя дери, уже не шутки! — у меня что-то оборвалось, надломилось. При всей своей выдержке, у всего есть предел. Сорвался на крик, активно жестикулировал, пытаясь донести свою точку зрения.
— А нехрен за нас решать, чего делать или не делать! Сказано тебе, что один на один в этом говне ты не останешься, значит так и будет! — как хорошо, что в личных комнатах идеальная звукоизоляция. Ни единая живая душа, кроме нас двоих, не услышит этого разговора.
Я обмяк. Последние силы были потрачены на попытку переубедить балбеса-Илью. Почему он не может понять, что я просто не смогу жить с тем, если кого-то из моих друзей убьют из-за меня.
Илья, глядя на меня, опустошенного и ослабшего, вдруг тоже изменился. Может, осознал, что переборщил? Он шумно выдохнул, расслабил руки, прикрыл глаза, борясь с чем-то внутри себя.
Мои плечи опустились. Было одно желание — чтобы поскорее все это закончилось.
— Так, давай успокоимся. — вдруг взял себя в руки всегда вспыльчивый танк. — тебе сейчас явно не до решения насущных проблем. Если можешь — поспи. Утром я все расскажу Юле, пусть в игру зайдет. Сам с ней поговоришь. А я, — он глянул на мою полоску-индикатор над головой с именем и уровнем, — пойду качаться. Ты какими-то своими хитростями одиннадцатый взял, класс еще странный. В общем, догонять тебя надо. У тебя там таймер появился уже?
