— Авторизация пройдена. Приветствую, опера-ра-ратор линии погрузки № 17! — он сильно залипал, и когда это происходило, его трясло, будто живого человека током бьют. Жуть какая.
— Оператор? — удивился Илья, повернувшись ко мне. — Это он тебя так назвал?
— Бредятина, но похоже на то. Замкнуло его прилично.
— Мое имя Ретро-ро-ро. Рет-ро. Рет… — тут его совсем сильно стало трясти, я даже отошел, чтобы клешней-манипулятором случайно не прилетело.
— Ретро! Вы находитесь в зоне «Хаб № 17», моя функция — доставка почтой корреспонденции. Почтой корреспонденции доставка. Не тот модуль. Поддержание логистики и координация операций. Текущий статус: авари-ри-рийный режим.
Какой-то сюрреализм. Я привык к слегка другим роботам. Внешне они неотличимы от человека, только голос их выдает. А этот — как из старинных фильмов ужасов. Карикатурно механический, чересчур.
— Ну дела, даже на НЕГО энергии хватило. — отвесил челюсть Вик, разглядывая с ног до головы ожившую железку.
— А что с НИМ не так? — передразнил я старика, так же выделяя это слово.
— Настоящая заноза в… впрочем, сами увидите. — Объяснил старик, и тут же обратился к механизму. — Ретро — диагностика!
— За-задачи оператора выполняются… — его корпус согнулся, провернулся вокруг собственной оси, голова наклонилась вбок. Происходят, судя по всему, серьезные вычисления…
— Системы повре-реждены. Требуется диагностика и ремонт.
— Ну отлично! — рукоплещет от негодования Илья. — теперь еще и его чинить?
— Где найти инструкции для твоего ремонта? — спросил я.
Ретро замер, а затем указал массивной рукой-манипулятором в сторону старого терминала у стены.
— Данные частично сохра-ра-ранены в резервной памяти. Начните оттуда, оператор линии погрузки № 17!
— Какого черта он вообще принял меня за какого-то оператора? — выругался я, негодуя.
— Может, ты ему кого-то напоминаешь? — усмехнулся друг.
Виктор решил отмолчаться.
Первая мысль — он мог бы быть полезен. Вторая — он наглухо поломан, и я понятия не имею, что со всем этим делать. К терминалу решили сегодня не лезть, успеется. Тем более, прежде, чем мы ушли, Виктор пообещал собрать побольше информации. Он помнил его еще в рабочем состоянии, потому долго заверял, что что-то придумает. Мы же решили вернуться к ночлежке, проверить, заработали ли системы там.
Прямо на входе нас встретила взволнованная Юля.
— Она очнулась, — сказала девушка прежде, чем мы успели что-то спросить.
Мы переглянулись и все трое вошли в уже теперь светлое помещение. Подача электричества и тепла возобновилась, тут стало значительно комфортнее.
— Я вколола ей обезболивающие, антибиотик и напоила большим количеством воды. — объяснила девушка, поднимаясь за нами по лестнице.
— Ты молодец, Юль. И даже уколы делать умеешь? — обернулся друг через плечо, не останавливая быстрого шага.
— А я не говорила, на кого училась? — удивилась девушка.
Мы с другом синхронно ответили «Нет».
— Я должна была стать врачом, из тех, кто лечит людей, которых даже медкапсулы не берут. — горделиво ответила рыжая.
— То есть, выбор медички в Арке — твое призвание? — спросил я, почти подойдя к комнате, где отдыхала Мэй.
— Ага, вот уж совпадение. — хихикнула рыжая.
Мэй лежала на импровизированной койке, сделанной из старого матраца и сложенных друг на друга одеял. Ее лицо все еще оставалось бледным, но глаза были открыты, оставались ясными, а дыхание было ровным.
— Как ты себя чувствуешь? — спросил Илья, прорвавшись внутрь первым, и присев рядом с ней.
Она взглянула на друга, секунду помолчала, потом отвела взгляд.
— Жива. — тихо произнесла она. Голос был слаб.
— Тебе повезло, — начал друг объяснение, — тебе дали антибиотики, очистили рану.
— Повезло?.. — она занервничала, ее затрясло. — Не уверена.
Ее губы дрогнули. Она хотела что-то сказать, или спросить, но передумала. Все втроем, мы молчаливо решили не допытываться. Хотя, может, это заметил только я.
Хотя мы и знали уже, как ее зовут, я решил все-же задать этот вопрос.
— Как твое имя? — постарался спросить я максимально мягко.
— Мэй… Линь… — и закашлялась. Илья метнулся как-то помочь, но не придумал, как. А у меня в голове возникло понимание — не соврала.
Юля тоже решила подсесть ближе. Все же, в основном, именно мои друзья ухаживали за подранком. Я остался чуть в стороне, у прохода, наблюдая.
— Тише, не перенапрягайся. Ты голодна? — спросила Юля заботливо.
Темноволосая покачала головой.
— Нужно поесть, иначе не будет сил восстанавливаться. — попытался продавить больную Илья. Девушка потупила взор. Отвечать не стала.
— Ты можешь нас не бояться. — все тем же успокоительным тоном говорила Юля.
— Кто… вы?.. — медленно оглядела она нас.
— Меня зовут Илья. Она — друг посмотрел на соседствующую с ним рыжую. — Юля. Там стоит Майкл. — указал он пальцем на меня, не оборачиваясь.
— Вы… спасибо… — прошептала она, явно теряя силы.
Похоже, ее краткосрочное восстановление — результат работы обезболивающего. Скорее всего, она сильно мучается. Но ничем другим сейчас помочь бедолаге мы не сможем.
