— Кое-какие процессы в подготовке происходят без ведома участников, надеюсь, ты и это понимаешь. Но скину тебе инсайдерскую информацию — ровно через неделю для основной массы участников начнется третий этап. Всех прочих, кто не достиг хотя бы второго, из таблицы придется вычеркнуть.
Я покрылся липким потом. Илья и Юля! Они оба не прикасались к своему заданию!
— Что это значит? — Постарался я не выдать своего напряжения.
— Это значит, что гонка выходит на финишную прямую. Больше таблица пополняться не будет, а те, кто в ней числится, начнут стремительно из нее выбывать.
— Ты не ответил. — Сдвинул я брови.
— Для незавершивших первый этап все закончится мгновенно. Для всех остальных все только начинается.
— Они умрут?
— Умрут. — Кивнул мне старик.
— Что будет с теми, кто получил свою силу в качестве топа, но из гонки уже выбыл, провалив задание? — Вспомнил я про ситуацию Леона.
— Они не претенденты. Ничего с ними не будет. — Моментально ответил Хаулл.
Я почувствовал облегчение, но совсем чуть-чуть. Основная нагрузка никуда не делась, и груз стал куда как тяжелее.
— А что с Саином? Он задолбал, если честно. — Признался я, и надеялся, что Хаулл как-то приструнит своего подчиненного.
— Я могу на него повлиять и не могу одновременно. Всему свое время, но тебе придется пока действовать в соответствии с его планами.
— Ты хотел сказать, что мне просто надо учитывать его козни?
— Грубо говоря да. В любом случае, вред ни тебе, ни твоей команде напрямую он причинить не может. Это запрещено.
— Так какого фига он делает это чужими руками? Ты же должен знать. — Я возмутился, повысил голос.
— Знаю, знаю. Видишь ли… Саин — это последнее испытание. Тот, кому удастся его убить, станет новым Абсолютом.
У меня что-то щелкнуло в мозгу. Если мне удастся…
— Нет, даже не думай об этом. — Вдруг прервал мои мысли Хаулл.
— Эй, ты же обещал не копаться в моих мыслях!
— У тебя на роже написано. Он тебе не по зубам, Майкл. Не до третьего этапа.
— А что меня ждет на втором и третьем? — Решил я забросить удочку, в надежде, что он поделится информацией.
— Не скажу. — Улыбнулся он добродушно. — По крайней мере до тех пор, пока ты к нам не вступишь.
— Вот и до этого мы добрались. Ты ни словом не обмолвился об условиях. Что сделать-то надо, кроме как изъявить желание?
— В сущности, ничего. Но я, как человек, крайне заинтересованный в том, чтобы держать способных людей ближе к себе, а также в их эмоциональном равновесии, не могу умолчать кое о чем.
— О чем же?
— Прямо сейчас на твою базу идет массированная атака силами нескольких топов и боевиков Триады. Они намереваются найти там тебя и, что для них важнее, одну штуковину. Которую ты, кстати, умыкнул накануне у собственной подчиненной. Решишь эту проблему — приходи, обсудим, что с тобой делать.
В подтверждение своих слов, не дождавшись моей реакции, он сделал пасс руками, и над столом зависла голограмма — горный комплекс объят огнем, весь двор усыпан обломками дронов и разрушенных стен, а на земле, в месте, где мы часто с Ильей тренировались, развернулась битва.
— Перенеси меня туда! Сейчас же! — Вскочил я, ошарашенный увиденным.
— Как пожелаешь… — Мягко ответил Хаулл и щелкнул пальцами.
Не уверен, нарочно ли он предложил сравнение с фаршем и коровой, но чувствовал я себя как в мясорубке. Меня, сидящего в том доисторическом кабинете, втянуло в открывшуюся за моей спиной воронку, провернуло, и я, отделенный от собственного тела, чистым разумом завис в небытие.
Единственное, что я отчетливо понимал — природа его способностей крайне похожа на мою. Меня окружали бесчисленные строки кода, такие же, красно-черные, как когда я применял способности перехода внутри игры. Он же свободно манипулирует этой силой и здесь. В реальности.
Разобраться в чем-то из написанного было, кажется, невозможным — вся символика была на неизвестном мне языке. И нет, я не про язык программирования. Я говорю об алфавите — вместо привычных мне арабских закорючек, латиницы и кириллицы или хотя бы азиатских иероглифов, да черт, даже скандинавских рун, я видел наборы геометрических фигур.
Квадраты, прямоугольники, гексы и ромбы, пирамиды и двадцатигранники. Я и представить не мог, как выглядит «внутрянка» нашего реального мира. Задумался о шизотеории, что вся наша жизнь — симуляция в матрице. Был, кажется, такой фильм в прошлом веке. Культовый даже.
Почему-то о том, что моим друзьям сейчас угрожает смертельная опасность мне не думалось. Может, это какой-то внутренний эмоциональный блок, а может Хаулл постарался, но я старательно избегал любой мысли об этом. Единственное, о чем думал — я приду сейчас, вытащу нож, и покажу всем, где раки зимуют. Нехрен на меня батон крошить!
Мое путешествие сквозь пространство и время заняло несколько мгновений. Не так, чтобы моментально, но и не очень долго, я едва успел прикинуть к носу, что происходит. Шутка ли, меня провернуло обратно. И собрался новый Майкл, посреди огненного ада.
— Бро, ты бы не увлекался, мы так чип потеряем! — Говорит какой-то мужик, в футболке и шортах. Зима же, странный у него прикид.
