Ее невысказанным прямо советом мы воспользовались в полной мере. Сходили в душ, быстро отстирали те вещи, которые можно было отстирывать, и высушили пневмосушилкой. В кафе заявились плюс минус прилично, если допустить несколько местных халатов, которые пришлось использовать даже здесь. Илья вовсе был без верхней одежды, у Феса она вся была в дырках от ножей, а меня «раздело» адским пламенем. Девушки пострадали меньше, и меня это радовало.
Мы посидели еще немного. Еда, поданная на стол, была из комбайна, так что ели только лишь потому, что надо поесть. Зато пили. Лора подала из своих запасов литровую бутыль хорошего виски, и шепнула мне на ухо:
— Это за тот твой подарок. Я знала, что ты еще придешь.
Я поблагодарил женщину, и пошло веселее. Уже будучи хорошо под градусом, мы, нагруженные тяжелым днем, ближе к полуночи решили расползтись по комнатам. Утро вечера мудренее. Я смог немного спустить пар, пообщавшись с друзьями, но меня тяготило состояние Юли. Весь вечер она была мрачнее тучи, хотя старательно изображала вовлеченность и попытку повеселиться. Было видно даже слепому, что она делает это через силу.
Чего я не мог сказать об Илье. Все случившееся для него, как он сам объяснил, просто новая веха.
— Ну это, как в сериале, знаете. Что-то кончается, что-то начинается, и сюжет становится более лихой! Ну, знаете же? — Был он громким, отчаянным и разнузданным в хорошем смысле слова. Если сказать проще — просто брал от жизни все.
Состояние Киры я не оставил без внимания. Мы играли в пантомиму — она знала, что я знаю. И я знал, что она знает. Но продолжали ломать комедию. Я решил — не сегодня. И надеялся об этом не пожалеть.
Фес стал во всем подражать Илье: становился громче в его обществе, пытался казаться визуально больше, чем он есть. Похоже, он нашел в нем некую фигуру «старшего товарища», и пытался соответствовать, перенимая определенный типаж поведения. Не уверен, хорошо ли это, но в своем друге я уверен — он подаст хороший пример достойного, честного человека.
Мэй была замкнутой. Но не так, как Юля, а скорее корила себя за произошедшее и отчаянно искала для себя причины рассказать мне то, что она неосторожно ляпнула на руинах комплекса. Мне казалось, что она сильно жалеет о том, что раскрыла свою тайну. Тайну, которая так сильно меня будоражила. Похоже, у нее была веская причина хранить свою историю в секрете, даже спустя столько событий, что мы вместе пережили и преодолели. Я ее не винил, ни в обороне базы, ни в том, что она что-то скрывала.
— Майкл, — очень серьезным тоном обратилась ко мне Юля уже в нашем номере, раздеваясь, — я очень, очень-очень на тебя зла.
— Я понимаю. — Коротко ответил я.
— Ничего ты не понимаешь… — Она покачала головой, отбросила футболку на прикроватное кресло, качнула пиками грудей.
— Да нет же… Ну, опасность, исчезновение, я правда извиняюсь. — Решила меня пропесочить, да еще и делает это так… как будто наказывает.
— Придурок ты… Иди сюда. — Сказала она тише и, подобравшись ко мне ближе, утопила в своих волосах.
Утром мы поговорили тет-а-тет. Я спросил ее о состоянии, и получил довольно подробный рассказ о том, какой я нехороший человек, что бросил их. Я полностью согласился с этим умозаключением. Самой яркой ее эмоцией, граничащей со злобой, был ее рассказ о том, что они пережили, когда на их базу явился Саин и заставил включить новости. Там крутили репортаж с местного ТВ Нью-Шеота, в красках демонстрируя, как я пораскинул мозгами по асфальту. Еще она упомянула, что Саин был не один.
— Юль, — дослушав ее, не смея перебить, я наконец получил слово, — я обещаю, что больше такого не допущу. Отныне мы вместе, все вместе дойдем до конца. — Успокоил ее я, прижимая к себе.
— Поклянись. — Сказала она, всхлипывая у меня на плече.
— Клянусь. Все будет хорошо, скоро все прошлые проблемы больше не будут нас волновать.
Юля рассказала, что узнала спутницу Саина. Хотя и видела она ее лишь однажды, но внешность отчего-то ей запомнилась. Майя. Рыцарь смерти, работающая в академсоставе Стальных драконов. Та гильдия, в которой главным танком является Йозеф. Они мешали нам пробиться к разлому.
Я вспомнил все, и в красках. Как казнил ее персонажа, как она чуть было не убила там персонажа Ильи, уже внутри разлома, куда сумела прорваться. Говорить рыжей о том, что Саин вербует очередную помощницу, не стал, ведь ей до сих пор неведомо, кто такая Кира и что из себя представляет. И, поговорив обо всем этом, я решил спросить:
— Юль, расскажи о Кире. Как они с Фесом прижились, когда приехали?
— Не знаю, что тебе рассказать. Она держится сама по себе, вся такая таинственная. Но по глазам видно, что что-то у нее не ладно. Тебе тоже так кажется? — Ответила девушка, блеснув молочной кожей в рассветном солнце.
— Думаю, им с Фесом просто нужно чуть больше времени. С какой стороны не погляди — мы довольно странные. — Кривовато улыбнулся я, скользя глазами по юному телу своей спутницы.
— Чего глазеешь? — Заговорщически улыбается девушка, встав чутка поэтичнее и не надев до конца футболку.
