– О, это будет слишком высокий стиль для скромного путешественника по казенной надобности, – улыбнулся Кай чуть грустно.
В этот момент на открытом, неспособном что-либо утаить лице Морриса отразился невероятный, какой-то инфернальный ужас. Взгляд его сфокусировался на чем-то, что находилось за спиной Кая. Тот обернулся.
За односторонне-прозрачной дверью номера нетерпеливо топтались двое. Один – коренастый, крепко сложенный негр лет под пятьдесят, отменно хорошо одетый и отменно лысый. Вид у него был угрожающе натянутый. Портрет его дополняла основательная бамбуковая трость. Второй – одетый с чуть меньшим вкусом рыжий дылда, оснащенный коллекцией веснушек, бакенбардами и типичным адвокатским кейсом.
Потоптавшись перед дверью Кая, оба дружно принялись стучать и звонить в двери соседнего номера, в котором должен был находиться господин Де Жиль. Видимо, предполагалось застать негодяя на месте преступления.
– Это мистер Майссен… – пояснил Моррис, возвращая своей физиономии более-менее естественный цвет. – И его адвокат. Вы позволите?
С этими словами он распахнул высокую створку окна и примерился сигануть с полутораметровой высоты.
– Не ушибитесь, – посоветовал ему Кай.
– Ну что ж… Постараюсь. Встретимся на борту «Декарта». Наши каюты – рядом. Или вы тоже отбудете последним «Шаттлом»? Тогда…
Не дожидаясь ответа, он удачно приземлился в куст бугенвиллеи, стрелой метнулся к «Порше», лихо забросил себя на переднее сиденье и вместе со своей спутницей скрылся за углом гостиничного блока. Немного спустя в поле зрения Кая появился стремительно мчащийся вприпрыжку черный крепыш, преследуемый отменно породистой колли. В арьергарде следовал рыжий адвокат, пытающийся отвлечь Лионеллу от ее жертвы. Большого энтузиазма в этом занятии он, впрочем, не проявлял.
– У меня – предубеждение против последних «Шаттлов»… – ответил в пространство Кай на вопрос, убывшего собеседника. – С ними всякое случается.
Лики отбросил книгу и сжал ладонями голову. Это не помогло.
«Чушь, Чушшь, Чушшшь!!» – Это метелки по барабанам.
«Ер-р-р-р-р-ун-да!!!» – Это палочки по зубцам жвал жуков-носорогов.
Победный звон литавр ввинчивался в мозг, а на них накладывалась ликующая барабанная дробь: «Др-р-р-рянь – дре-бе-день! Др-р-р-р-р-рянь – дре-бе-день!! Др-р-р-р-р-р-р-рянь – дре-бе-день, дре-бе-день, дре-бе-день!!!»
И снова: «Чушь! Чушшь!! Чушшшь!!! Е-р-р-р-р-р-р-р-р-р-рунда!!!! Чушь – ер-р-рунда! Чушшь – ер-р-р-рунда!! Чушшшшь – ер-р-рунда!! Ер-р-р-рунда!!! Ер-р-р-р-р-рунда!!!!»
Ярость душила его. «Все пропало! Все пропало!» – казалось, скандировала толпа снаружи.
Он отнял руки от ушей.
«Виктис Вае! Виктис Вае! Виктис Вае! Вае!! Вае!!!» – неслось с улицы. Стадо кастратов. Лики горько усмехнулся. Ну вот, мир стал немного проще. Вместо шести Священных Родов страной будет править только один – Большой Виктис и его семейство. Но это не радует… Наоборот: надеждам на скорый отъезд пришел конец. Хана… Труба… Кранты… – он задумался на мгновение, подбирая рифму, и, не найдя, длинно выругался, упомянув недобрым словом недавнего правителя Города.
В аккомпанемент его мыслям щетки и палочки за ставнями надрывались:
«Чушь – ер-р-рунда! Чушшь – ер-р-р-рунда!!»
Как ни странно, ему стало немного легче. Раньше он не мог себе позволить и намека на поношение Высокородного Тоода, а теперь оскорбления в адрес Деррила будут поощрять как проявления лояльности по отношению к новой власти. Ну что ж, поупражняемся в этом полезном искусстве: «Вонючий венценосец, не мог продержаться еще недельку! Шесть поколений Вечной Войны Шести Родов – прямым ходом в задницу! Господи, а народу-то сколько загубили из-за этой бездари, а сколько недоели-недоспали…»
Словно одобряя его недовольство низложенным правителем, барабаны отчеканивали за окнами: «Др-р-р-р-рянь – дре-бе-день! Др-р-р-р-р-рянь – дре-бе-день!! Др-р-р-р-рянь, др-р-р-р-рянь, др-р-р-р-рянь, др-р-р-р-рянь – дре-бе-день!!!!»
Лики вскочил со стула и принялся мерить шагами комнатку. Шесть шагов вперед, шесть назад… Попавшийся некстати под ноги чемоданчик с инструментами, жалобно хрустнув, отскочил к стене, а его содержимое рассыпалось металлической мелочью по полу.
В душе царили пустота и отчаяние. Жизнь казалась бессмысленной и нелепой. Ведь все уже было схвачено, еще несколько дней – и Лики был бы Наверху… Чертов метеоритный дождь! Чертова, на соплях державшаяся Система Защиты. Чертова армия – орава некормленых бандюг…
Толпа за окном подтвердила это: «Виктис Вае! Виктис Вае! Виктис Вае! Вае!! Вае!!!»
Кастраты.
Лики резко остановился. Сел на кровать. Достал из сумки пакет с остатками пайка и свистом подозвал Злюку. Кормление любимца всегда успокаивало его. Заботиться о других всегда приятнее, чем решать свои проблемы… Он вздохнул.
И дверь тут же открылась, чуть не слетев с петель. Можно было подумать, что в нее не был врезан надежный государственный замок. Проклятое гнилье!
