– Охоту – вот что, – веско разъяснил волосатый Фогги. – Ты, браток, кого сейчас кушал?
– Не знаю, походило на несоленую баранину или…
– Терразавра здешнего ты кушал. Их здесь полно бродит. Ночами – так просто до чертовой матери… В полночь вы со своим дружком и пойдете на испытание. Пукалок вы с собой не прихватили – ну что ж, ваша вина, ваша беда. Но с голыми руками вас не оставим: и пики дадим, и крючья. И инструктаж ихнее благородие с вами проведет. А там – к утру ближе – или вы зверьком полакомитесь: вам, охотникам, лучший кус полагается, с самой что ни на есть задницы, либо, уж извините, – зверек этот вами закусит… И уж с какого куска начнет – это его что ни на есть приватное дело… За все платить надо, брат!
– Вы слышали? – повернулся Моррис к Каю.
– Слышал, – холодно ответил Кай. – Я всегда подозревал, что на каждый Лабиринт приходится, по крайней мере, один Минотавр. Здесь их просто побольше.
– И называются они здесь по-дурацки, – заметил от себя Моррис. – Терразаврами. Глупость какая… Кстати, здесь проклятая радиосвязь и не думает работать… Как мы вызовем помощь? Что вы вообще собираетесь предпринять?
– Очень кстати – это я о радиосвязи. Мы упускаем редкую возможность предстать полными идиотами перед местными спасателями… Точнее – спасательницами. Нам пока ничего не остается для начала, как немного выспаться. До полуночи у нас осталось не так уж и мало времени… Или расстояния. По слухам, здесь, в Лабиринте, эти понятия временами путаются…
Фаталистом Федеральный Следователь не был, но в то, что устроенный для гостей из Метрополии спектакль, явно имевший цель отнюдь не угробить, а скомпрометировать их, будет вовремя прерван властной рукой постановщиков (точнее – постановщиц), он не сомневался. Не склонен он был и недооценивать здешних Минотавров, но и изображающий из себя дешевенькую туристическую видеокамеру боевой лазер, болтавшийся у него на плече, был неплох в деле – Кай знал это не только по инструктажам. Иногда с его помощью можно было даже заснять вполне приличный видовой фильм. В виде исключения, конечно.
Сколь бы это ни было странным, но, видимо, сочетание нервного стресса с долгожданным наполнением желудков и действием местного самогона довольно быстро погрузило обе заблудшие в Лабиринт души, подотчетные Федеральному Директорату, в глубокий сон.
Кажется, его потрясли за плечо. И, кажется, он проснулся. Во всяком случае, сильно вздрогнув, легко сгруппировался и осторожно поднялся на ноги. Сыроватая мгла застилала окрестность… Вечерняя или предутренняя?.. К утру, впрочем, ему полагалось бы уже поближе познакомиться с обещанными зверьками… Так ведь и вечеру пора бы миновать…
Кай сделал шаг вперед и различил в слегка истаявшем над теплой землей тумане привалившегося к корням громадного дерева Морриса. Нагнулся к нему и, в свою очередь, потряс его за плечо.
«А кто тогда, черт возьми, будил меня самого?» – как-то лениво проплыл в его мозгу вопрос, показавшийся совсем уж праздным.
Де Жиль нехотя приоткрыл левый глаз.
– Ну, чего вам надо от меня, ребята?.. – утомленно спросил он, явно не намереваясь перегружать свой мозг излишними зрительными и слуховыми впечатлениями.
– Господин Аудитор, – с легкой иронией в голосе напомнил Кай Моррису о его служебной принадлежности, – господин Аудитор… Нас здесь всего только двое – вы и я. Нам стоит поторопиться.
– Трое… – с трудом ворочая языком, буркнул господин Аудитор и приноровился было снова отдаться в объятия сна, но вдруг, моментально протрезвев, сел, выпрямился и уставился на что-то, находящееся за спиной Кая.
Это походило на детский отвлекающий прием «погляди-ка назад, приятель», и вдобавок что-то внутри – Каю не хотелось признаваться себе, что это «что-то» слишком походило на давно забытый детский страх – мешало ему повернуть голову.
– Трое, это верно, – глухо подтвердил тот, кто был там – сзади. – Только вам действительно стоит поторопиться… Хотя далеко не радость ожидает вас…
– Но и не прогулка с терразавром под ручку? – осведомился Моррис, осторожно поднимаясь на ноги.
«Черт возьми, неужели у меня не хватит духу обернуться на этого типа – там, сзади? Смотрит же прямо на него господин Аудитор…» – раздраженно спросил себя Кай и поднатужился, чтобы действием ответить на свой вопрос.
– Нет, – проронил тип за спиной. – Вам предстоит сделать выбор. Это самое неприятное, что может случиться с человеком…
Кай зачем-то зажмурился, резко обернулся и, с трудом открывая глаза, очнулся от глубокого сна. Господи, да он всего лишь продолжал кемарить в теплом, примятом мхе, прикрыв голову скинутой курткой. И не утро – глухая, туманная ночь клубилась вокруг. «Nachi und Niebel». Очень мокрый «Niebel» – почти моросящий дождик. Он снова – так же, как в минувшем сне – странно легким движением поднял себя на ноги.
Почти вслепую, спотыкаясь о мертвецки пьяные туши охранников и просто гостеприимных хозяев, Кай принялся высматривать в чертовой тьме хоть что-либо, напоминающее его напарника.
