Посрамил еси изрядно, яко истины служитель, преподобне, сквернаго студа пророки, всеблаженне Илие, яве начертав Троическую силу.
Словом благодати священствуя, Илие, заклал еси священники студныя неповинными твоими руками, якоже огнем ревностию опаляемь.
Столп благочестия и жития чистаго, садитель чистоты был еси: ангелом же подобник, чудный Илие богоносе.
Гнев тя пророкоубийцы жены устрашив, вязати и решити приимша дождев течение, чудный Илие бегати творит.
Возвысил еси колена преклонив, ума превознесенное око, мольбою изрядною решение творя, и бразды земныя упоил еси тучами.
Пророче и провидче великих дел Бога нашего, Илие великоимените, вещанием твоим уставивый водоточныя облаки, моли о нас единаго Человеколюбца.
Преславно Божественною ты воображенною силою облекся пищею четыредесятодневною, Илие чудный, долгий шествовал еси путь. Темже в Хориве глаголал еси: благословен Бог отец наших.
Хлад кроток показа и тонок Господа тебе, Илие, по Бозе ревнующу Вседержители: не дух бурен, ни трус, ни огнь страшаяй. Темже Иисусу кроткому пел еси: благословен еси, Боже, отец наших.
Богоявления сподобился еси и пророчества, якоже великий Моисей, пророки помазуя Духом, и цари, Илие чудный, и славы на Фаворе Христовы зритель быв, пел еси: благословен еси Боже отец наших.
Изрядно обрете Ахав рода отражение всегубительное, пророка обличением сквернаго убийства мерзкое мучение. Фесвитянин же от огнедохновенна ума Жизнодателю песнь воспеваше: Господа вся дела пойте, и превозносите во вся веки.
Дождит тебе огнь с небесе, попаляя, Илие, одержимых пятьдесят сугубо, яко Божию изрядну служителю: держащему бо присноживотную жизнь, боголепно песнь взывал еси: Господа вся дела пойте, и превозносите во вся веки.
Таинника тя показа Христос, яко чистоты садителя, и девства пребожественное прозябение, на Фаворе Божественнаго воплощения, Божества непостижимый свет во Своей плоти показав тебе зовущу: Господа вся дела пойте, и превозносите во вся веки.
Нетренное человеки шествие на земли пожив, милотию струю Иорданскую Фесвитянин прешед, оружник воздушный неботечное соверши странное шествие духом.
Благочестия ревностию Фесвитянин опаляемь, на огнезрачней колеснице взимается. Милоть же сверже, еюже утаитися не возможе, Елиссей одеявся, приемлет Божественную благодать.