Разжжения страстнаго в теле твоем да не ощутиши, всякую сластную пищу и мягкия ризы отринул еси от тебе, вместо же онех в пост и молитву облекл еси себе, изволяя хлеб сух и воду с чистотою, нежели различная брашна и вино со скверною ясти, и, не побежден быв от врага, пел еси: слава силе Твоей, Господи.
Втораго Иосифа видите, братие, якоже бо той, оставль ризу в руку любодеицы, бежа греха, тако и сей, красоты риз себе обнажив, избежа от руки, влекущия его к скверному смешению, и сим посрами невидимаго врага, хотящаго душу и тело страдальца осквернити, но ничтоже успе, пояше бо: слава силе Твоей, Господи.
Вторую египтяныню обрет, враг покушашеся блаженнаго уловити, не терпяше бо сердечныя чистоты, ни доброты лица зрети, ейже и Ангели дивляхуся, зовуще: слава силе Твоей, Господи.
Света мысленнаго лишити тя безумная не возмогши, чувственный покусися отъяти, преподобне, темже вверже тя в мрачную темницу, идеже гладом и жаждею моряше тя, ты же взывал еси: Боже мой, не остави мене, разве бо Тебе иного не знаю.
Иже Илию и Павла Фивейскаго препитавый иногда в пустыни, Той и на тебе удиви Свою милость, преклони бо Он единаго раба жены той на милосердие и повеле питати тя тайно, ты же, аки посещение Божие быти вменяя, взывал еси: кроме Тебе, иного Бога не знаю.
Мнози, неведуще в тебе, святе, действуемыя Божия благодати, увещаваху тя, да повинешися воли госпожи твоея и будеши господин той и всему имению ея. Ты же вся сия презрел еси, любве ради Божия, глаголя: кроме тоя, не хощу иныя познати.
Не владычества тленнаго, но еже над страстьми плотскими господствовати взыскал еси, преблаженне отче наш Моисее, темже дарова тебе Бог, яко не токмо твоя страсти поработил еси духу, но и прочим во искушениях пособствовати приял еси власть, сего ради взывал еси: ничтоже инаго, кроме любве Божия, не хощу познати.
Посмеялся еси безумию любодеицы, яко повеле тя рабом со славою грады своя и веси обводити и покланятися тебе, аки своему господину, но ты велегласно целомудрия глаголы изрекл еси: всуе труждаетеся с повелевшею вам сие творити, аз бо, разве Бога, ничтоже хощу знати.
В бездне страстей не погрузился еси, ни ризы твоея в скверны омочил еси, преподобне, темже, желающа тя, Богом наставляемый черноризец тайно облече во ангельскую одежду и научи, како соблюсти ту непорочну, ниже убоятися страха, ни врагу плещи дати: яко Бог есть, Иже рабы Своя от тли избавляет.
В бездне греховнаго разжжения погружаема любодеица, отчаявшися о тебе надежды своея, раны тяжкия возложи на тя, преподобне, повеле бо, растягши тя, жезлием крепко бити, яко и земли наполнитися крове твоея, ты же, благодарственно сия терпя, взывал еси: от тли, Боже мой, возведи мя.
Устрашити тя неустрашимаго хотяще, извествоваху, колика мучения имел еси, блаженне, претерпети, аще не сотвориши воли госпожи твоея, ты же, на вся готов сый, отвещал еси дерзновенно: ни огнь, ни раны возмогут мя разлучити от любве Божия, Наньже уповаю, яко от тли мя избавит.
Не покорился еси жене, безстудством омраченней, но паче обличил еси ту, преподобне, яко преобидевшую страх Божий, и безстудне к скверному смешению нудившую поплевал еси, не бояся ярости тоя, ни гнева, имел бо еси, отче, надежду на Бога, яко Той тя от руки ея избавит.
Видящи жена себе тобою, отче, посрамлену, представи тя князю, от негоже суд прия конечный, да, еже хощет, на тебе творит, имущая власть по многих муках и смерти предати тя. Но ты, пророчески предвидя оных погибель, отвещал еси: сами скоро отыдете в вечную погибель, мене же Христос, Бог мой, от тоя избавит.
