Идеальным можно считать только такое убийство, в котором никто не заподозрит преступления. Используете известный яд — всё сразу и раскроется. Не посмею хвастаться, кого именно я убил с помощью собственноручно приготовленных зелий, дабы не разрушать хрупкую иллюзию их «естественной» смерти.
Я опишу одно из моих любимых снадобий в надежде вдохновить читателя самостоятельно отыскать другие рецепты. В изготовлении оно немного необычно, но служит потом хорошо.
Имя «Сеп» я узнал от одной очаровательной редгардской девушки, за которой когда-то ухаживал. Она не была мне особо верна, но воспоминание о её поцелуе до сих пор приносит мне удовольствие.
Разожгите огонь и сожгите дрова до углей. Сверху прямо на них установите большой котёл, который послужит тиглем. Капните в него своей собственной кровью. Когда котёл дойдёт до нужной температуры, капля зашипит и съёжится. То, что останется, требуется для вкуса и запаха.
Соскребите кристаллы соли с одного листа мангрового дерева, разотрите их в порошок вместе со спорами зеленушки, которую, хорошенько присмотревшись к земле, можно найти практически на любой поляне.
После того как тигель разогрелся, влейте в него бутылку патоки и начните выпаривать. В скором времени объём жидкости уменьшится, образуется вязкая масса, к которой и следует добавить вышеупомянутый порошок.
Средство готово к использованию сразу после перемешивания всех ингредиентов. Нанесённое на кожу, оно отнимает силы за считанные часы. При употреблении внутрь или внесении в рану реакция наступает быстрее.
Я ещё не изобрёл противоядия этому средству, поэтому обращаться с ним советую с величайшей осторожностью.
Многие скажут, что мы бежали из трусости. Дети мои, это ложь. Утекло много времени, наш собственный народ позабыл, откуда пришёл, но не вешайте головы от стыда. Вспомним историю о безрассудстве Турога, о скалистом Орсиниуме и гробнице Голкарра.
Орки — могучий народ, свирепый и воинственный. Наша кровь сильна по праву рождения, жилы Малаката скрепляют наши кости. Мы не были созданы для спокойной жизни. Мы не были созданы для осёдлой жизни и возделывания земли — но для странствий, грабежей и разбоя. Сила наша в уничтожении и пожинании плодов того, что мы разрушили во славу войны.
Но много лет назад Турог, первый среди орков по силе и ярости, обратился к народу с рассказом о своём видении. «Мы построим великий город, — заявил он, — и весь остальной мир будет смотреть на нас со страхом и уважением».
И нас, конечно, боялись, но знайте, что орков никогда не уважают — и неважно, насколько великолепен город, ими построенный.
Мы воздвигли город в скале. Сверкающую жемчужину. Орсиниум. Этот город велик, но орки не созданы для житья в городах. Стены его, рассчитанные на оборону, превратились для нас в западню. Тройные его ворота запечатали нас внутри. Этот город стал символом честолюбия Турога и отражением мечты орков, и со временем редгарды с бретонцами пришли уничтожить его.
Мы бежали не потому, что боялись войны. Мы бежали навстречу врагу, мы прорубились сквозь их армии, а затем и их земли. Все их владения в Ротгаре трепетали от нашего марша, и сама земля содрогалась от грохота наших шагов.
О слава! О радость! Вновь ощутить себя орками! Быть свободными и не сидеть на месте!
Но длилось это недолго. Враг собрал силы, намного превосходящие наши числом, и вытеснил нас к окраинам гор, к долинам нескончаемых льдов. В убежище заводных демонов мы обрели дом, уют и защиту от наших врагов. Придут времена, когда мы с триумфом поднимемся вновь и поскачем к своей победе в свете клыкастого оскала Малаката.
Мы заперты в этой пещере, и ничего не можем сделать, разве что оставить записки. Мы расскажем, как очутились здесь, и это отвлечёт нас от голода, и мы не станем убивать и есть своих сородичей, как это делают наши отвратительные братья снаружи.
Мы, босмеры, которых называют Отступниками, хотим стать частью остального мира, современного и цивилизованного. Мы больше не желаем быть примитивными древопоклонниками.
И поэтому мы сделали то, о чём наши сородичи, которые заточили нас сюда, не могли помыслить: мы стали фермерами.
Мы вспахали и засеяли землю и намеревались собрать урожай, но нас обнаружили и швырнули сюда, под землю, умирать за преступление против Зелёного пакта.
Мы не согласны с Зелёным пактом, который так давно заключили наши предки. А теперь мы должны страдать от него. Из-за этого нелепого соглашения мы даже не можем сделать свои собственные луки, но покупать их у других народов не возбраняется. Рубить деревья — кощунство, а заплатить кому-то и получить то же дерево считается хорошим правилом.
Это смехотворно и лицемерно, и мы отказываемся соблюдать обязательства. И за свой отказ мы обречены умереть.
