Несмотря на то, что летопись и повествования о предках его [Чингиз-хана] до Алан-Гоа написаны отдельно, однако будет более понятным, если его родословное дерево до Алан-Гоа впишется, особо в этом повествовании, с тем, что если читатель пожелает быстро ознакомиться [с его] родословным древом, то он уразумел бы [его] из этого, прежде чем прочтет повествования о других. Мы также упомянем [здесь], какими именами называли монголы каждого из [его] предков, [обозначая] их своими терминами [истилах].
Родословное древо Чингиз-хана и прозвища [лакаб] его предков в нижеследующем порядке:
Отец Чингиз-хана — Есугэй-бахадур, а по-монгольски его называют эчигэ[1392].
Дед Чингиз-хана — Бартан-бахадур, а по-монгольски его называют эбугэ[1393]. Прадед Чингиз-хана — Кабул-хан, а по-монгольски его называют |
Восьмой предок Чингиз-хана — Чинкиз-хан Боданчар[1399], дальше чем до седьмого [колена] специальных терминов нет, всех же [вместе] называют эчигин-эбугэн[1400].
Родоначальница [джаддэ] всех — Алан-Гоа. Согласно другому преданию, рассказывают следующее: Алан-Гоа будет десятой, ибо говорят, [что] Боданчар имел двух сыновей: один — Бука, а другой — Начин, а Дутум-Мэнэн был сыном Буки. Из-за разногласия преданий, дабы не осталось опущенным ни одно из них, в предыдущих повествованиях рассказано согласно одному преданию, а здесь внесено по другому преданию. И все!
Из предыдущих повествований и предшествующих рассказов стало известным и установленным, что Чингиз-хан является лучшим представителем всех племен нирун, которые произошли от Алан-Гоа.
После его победоносного выступления жители мира воочию убедились, что он был отмечен всяческой небесной поддержкой. Благодаря крайнему пределу [своей] мощи и могущества, он покорил себе все тюркские и монгольские племена и другие разряды [человеческого рода], введя [их] в ряд [своих] рабов.
Благодаря благородству [своей] личности и тонкости [внутренних] качеств, он выделился из всех тех народов [таваиф], словно редкостная жемчужина из среды драгоценных камней, и вовлек [их] в круг обладания и в длань верховного правления. Его великие потомки и знаменитый уруг в шести сторонах [всех] семи поясов [мира] стали владетелями венца и престола владычества [над] вселенной [и] правителями счастливого государства. В конце концов [вера ислама], благодаря поддержке и заботе царя царей, прибежища вселенной, помогающему вере Аллаха, султана Махмуда Газана, — да увековечит Аллах его власть и да возвысит его достоинство! — его, который является необходимым условием существования всех тех родов [кабилэ] и колен [‘ашаир], стала такой незыблемой в основании и крепкой в фундаменте, что все как издали, так и поблизости, тюрки и тазики, воочию [ее] свидетельствуют. И если будет угодно Аллаху, [божественная] помощь счастию этой августейшей эпохи будет во веки веков увеличиваться.
Несмотря на то, что во второй части летописи происшествия и толки касательно Чингиз-хана все приводятся [по очереди] на своем месте с объяснениями и подробно, небольшая [их] часть — сокращенно, в виде предисловия — приводится также и здесь, чтобы у читателя явилось общее представление [о них], а также — чтобы была более понятной памятка о [его] женах и о родословной его детей, которая приводится ниже.
