Сумочка была немедленно изъята. В ней оказалась кое-какая косметическая мелочь, кошелек и паспорт. До того как докладывать наверх, принимаю решение узнать о состоянии владелицы сумочки. По штампу с пропиской проживала она на полуострове Эгершельд. Оповестителем данного района был командир отделения электриков. Фамилию за давностью лет не помню, звали Кайрат — уроженец Казахстана, на редкость грамотный и ответственный парень. Его вызывает помощник и начинает ставить задачу, основной смысл которой выяснить состояние здоровья потерпевшей и передать просьбу встретиться с командованием корабля перед тем, как подавать заявление в правоохранительные органы.
Все это время рядом стоит Перелыгин и наблюдает развитую нами с помощником бурную деятельность. В конце концов нервы у него не выдержали: «Не надо Кайрата никуда посылать, она здесь!». И ведет нас в носовое машинное отделение. А там, над турбиной, приварен к подволоку большой железный ящик для ЗиПа. Эдак 2 на 2 и на 1,5 метра размерами. Был вызван для пущего эффекта еще и командир БЧ-5 старший лейтенант Васильев. Когда замок с ящика был снят, взглядам троих офицеров предстала сидящая на старом матраце девица, светящаяся счастливой улыбкой. Она, наивная, думала, что наконец вернулось ее «золотое» сокровище…
Во времена Союза в Черноморском морском пароходстве работали на некоторых морских судах повара — женщины. И была тогда в ходу должность — помполит или помощник по политической части. Чтобы было ясно, что это за зверь такой — это была очень ответственная и вредная должность, единственной смысл которой был в поиске «неблагонадежного» элемента среди экипажа, недостойного быть комсомольцем-коммунистом и позорящего своими якобы аморальными действиями коллег и всю страну в целом. Помполит устраивал каждую неделю собрания. Архиважное мероприятие. Все собирались и слушали, как он разглагольствует о светлых перспективах коммунистического будущего.
Однажды одно из судов ЧМП пришло работать в Керчь. Днем работало на дноуглублении, а вечером становилось к причалу на всю ночь. Ясно, что весь экипаж очень быстро обзавелся «женами» на берегу. И вот на этом судне во время очередного собрания экипажа с целью политинформации после выступления помполита и капитана начинается разбор полетов.
Вроде все выяснили, обсудили, в конце раздается стандартное «Еще вопросы есть?». Экипаж молчит, все хотят уже разбежаться… И тут встает повариха Зинаида и спрашивает:
— А почему меня никто не е*ет?
Сама она на вид, скажем так, была не первой свежести. А у всех на берегу девушки-красавицы томятся, какая уж тут Зина. Экипаж в шоке, знают, что кого-то сейчас заставят. Помполит помычал, капитан почесал репу и говорит боцману:
— Михалыч, ну ты, это, займись этим вопросом.
Михалыч покумекал и решил, что как-то этот вопрос сам собой разрешится, без его участия.
Прошло некоторое время. И вот один раз экипаж, спустившись утром в столовую, нашел ее наглухо закрытой, без всяких доносившихся оттуда запахов пищи. Все недоуменно толпились возле входа, когда появилась повариха без спецодежды и на все голодно-злые возгласы сказала одну фразу:
— Нет любви — нет еды! — развернулась и ушла.
Все были просто в шоке. Капитан начал решать проблему с экипажем там же.
— Михалыч, ты же был ее хахалем, что случилось?! — спросил мастер боцмана.
— Нет, Николай Иваныч, я уже две недели как с ней не дружу, — нашелся боцман, — у меня здесь такая краля есть, нафиг она мне нужна!
— Саныч, может, ты с ней начнешь дружить, она же тебе нравилась, ты же к ней даже пытался подкатывать, — спросил капитан электрика.
— Николай Иваныч, да когда это было! У меня здесь вообще такая дикая любовь с крановщицей, шо аж жуть, — отрезал электрон.
— Мужики, — начал мастер, — вы понимаете, что мы будем работать голодными целый день, если никто не будет дружить с Зиночкой?!
В спорах и предложениях прошло около часа, но у всех были зазнобы на берегу, и никто категорически не хотел уделять время судовой поварихе Зине.
Здесь нарисовался новый персонаж, в костюме и при галстуке (что для пароходства было редкостью) и с большой сумкой, который вежливо спросил капитана и сразу представился:
— Ваш новый помполит, только приехал из Одессы.
Все сразу замолкли и уставились на нового помполита, ехидненько переводя глаза с его галстука на капитана. Капитан не растерялся и сразу взял нового члена экипажа в оборот, объяснил положение дел и единственный выход из сложившейся ситуации. Помполит был человек новый в компании и главное — холостой и, наверное, голодный с дороги, потому, что долго не сопротивлялся…
