Нинея все время пыталась встретить Мишкин взгляд, видимо, чтобы поймать его на свой коронный прием "рассказывай", но Мишка не давался, хотя сильно рассчитывал, что сможет справиться с Нинеиным внушением.
— Наверняка не знаю ничего, только догадываюсь, а вот тебе, я думаю, об этом человеке известно много.
— И о чем же ты догадываешься? — Нинея вторично пропустила мимо ушей Мишкин намек. — И почему ты раньше мне о своих догадках ничего не говорил?
— Ты не спрашивала, а я без спросу в чужие дела не лез, — Мишка вроде бы равнодушно пожал плечами, хотя и понимал, что Нинея его заинтересованность чувствует.
— Опять юлишь! Думаешь, если не врать, а только недоговаривать, то я не замечу? Говори, о чем умолчал?
— Стерв с сыном за болото ходили. Пленного привели, но толку мало — того, что нам нужно, он не знает. А опасность, уверен, от боярина Журавля нам грозит. Если хочешь, расспроси его сама, может быть, больше, чем я, выведаешь.
— Значит, имя узнал… что еще?
— Я же говорю: толком не узнал ничего. А ты, баба Нинея, и сейчас о нем мне ничего говорить не хочешь, только у меня выведать пытаешься, что мне известно. Но зимой, когда болото промерзнет, воевода Корзень на ту сторону наведается. Где этого человека искать, он примерно знает — в молодости в тех местах бывал. И я с ним пойду и ребят своих поведу, тогда все, что нам нужно, и вызнаем, — Мишка сделал паузу и с нажимом произнес: — В Погорынском воеводстве от нас тайн быть не должно!
— Верно, Мишаня, — Нинея снова превратилась в добрую улыбчивую бабушку. — Вот станете настоящими хозяевами Погорынья, и не будет здесь от вас тайн, а пока… — Нинея развела руками. — …Пока вы хозяевами только становитесь, и неизвестно, станете ли?
— Но ты же можешь помочь?
— В чем? — Нинея продолжала ласково улыбаться, но голос ее стал таким, как тогда, когда она объясняла Мишке процесс познания незнакомого человека, вытаскивая одну матрешку из другой. — Вот ты, Мишаня, крепость свою стал не в том месте ставить, где воевода Корзень указал. Почему?
— Место плохое оказалось, там водяная жила проходит.
— Сам обнаружил?
— Нет. Плотники — Гвоздь и Нил.
— Новое место ты сам нашел?
— Нет, они нашли, — Мишка никак не мог понять, к чему клонит волхва. — Я про тот остров и не слыхал никогда.
— А почему ты ко мне не пришел, чтобы попрекнуть, что я тебя о водяной жиле не предупредила? Ведь догадывался же, что я о ней знала? Почему не спросил меня про лучшее место для крепости?
— За что ж мне тебя было упрекать? Ты мне то место не советовала, это мой дед придумал на том берегу строиться. И про новое место не у тебя надо было спрашивать, ты же не зодчий, не мастер крепостного строения.
— Ага! — Нинея насмешливо сощурилась и слегка склонила голову набок. — Со строительными делами, значит, к зодчему обращаться надо? Так?
— Так, — подтвердил Мишка, чувствуя, что его вот-вот, как щенка, ткнут носом в собственную лужу. — К зодчему. Не к вышивальщице же!
— Правильно, Мишаня! А с воинскими делами к кому обращаться? Ты у меня кто?
— Кто? — вопрос оказался неожиданным, хотя Мишка и ждал какого-нибудь подвоха. — Кто я?
— Ты — воевода моей боярской дружины! — Нинея обличающе выставила в Мишкину сторону указательный палец. — Людей, которые должны были попасть ко мне, переняли и увели, на мою землю засылают соглядатаев, меня грозятся убить. Кто к кому должен с этим делом идти — я к тебе или ты ко мне? Какой ты воевода, если свою боярыню защитить не можешь, а приходишь ко мне с какими-то догадками и ждешь, когда я тебе что-то расскажу? Это ты должен мне объяснить, что происходит, предложить, что надо делать, а я уже соглашусь или не соглашусь!
Мишка почувствовал, что у него начинают гореть уши. Про боярскую дружину он, по правде говоря, ляпнул в свое время ради красного словца, ну какая из мальчишек дружина? Однако слово не воробей, обгадит — не отчистишься.
