Наступил вечер, закрылись избирательные участки. В штабах разливали шампанское, а кукольные телеведущие громко тараторили что-то на фоне графиков. Но никому не было до этого дела. Томительная, звенящая тишина воцарилась в стране. Никто не гулял по улицам и не целовался под фонарем, не смеялся заливистым смехом и не подбрасывал в воздух детишек. И даже Смирновы, морщась и отдуваясь, ужинали молча и безо всякого аппетита.
Потому что, как обустроить эту самую тяжело молчащую страну, знали все. Но никто не знал, как же теперь помириться.
