Перейдя по подвесному мосту в свой офис, она запихнула Macbook Pro в кожаную заплечную сумку, потом добавила альбом для эскизов, ручки, очки и карточки для записей. Пока она собиралась, ее взгляд упал на астрологическую карту, пришпиленную к доске объявлений. Лен подарил ей эту вещь два месяца назад.
— Думай об этом как о карте небосвода в то время и в том самом месте, где ты появилась на свет, — объяснил Лен. — Центральная линия изображает горизонт.
Реджи кивнула и изучила карту — компьютерную распечатку, которую Лен сделал с помощью какой-то астрологической программы, — состоявшую из трех колец, напомнивших ей рисунок Земли в разрезе, с изображением коры, мантии и ядра. По внешнему кольцу шли символы двенадцати знаков зодиака, а среднее кольцо было разделено на двенадцать сегментов, которые, как объяснил Лен, были домами. Конечно, Реджи это понравилось. В каждом доме имелись загадочные иероглифы и числа.
— Это планеты и их позиции в каждом знаке, — пояснил Лен. — Знаки, в которых находятся твои планеты, — это твоя внутренняя реальность, но дома — это фильтры, через которые ты пропускаешь свою реальность во внешний мир.
— Понятно, — сказала Реджи. Ее скептицизм увеличивался с каждой секундой, и она решила снова рассмотреть рисунок как карту.
Центральный участок был заполнен цветными линиями, которые образовывали нечто вроде спирографического рисунка.
— Что это? — спросила она и указала пальцем.
— Твои аспекты. Они показывают, каким образом планеты в твоей натальной карте соотносятся друг с другом. Вот, смотри. — Он указал на верхнюю линию. — Здесь у тебя Солнце в квадранте с Луной. Солнце обозначает твою интеллектуальную сущность, Луна обозначает твою эмоциональную сущность, а квадрант является динамическим, напряженным аспектом. В общем и целом эти два аспекта твоей личности находятся в постоянном конфликте друг с другом. Неудивительно, что тебе так неудобно выражать свои чувства.
Она закатила глаза.
— А здесь у тебя восходящий Стрелец. — Лен указал на забавный маленький символ со стрелкой, расположенный прямо над горизонтальной линией. Это делает тебя такой откровенной. Ты не дурачишь людей, а говоришь все как есть, даже если это не то, что они хотят услышать.
Хотя Реджи не могла поверить, что положение планет в момент рождения человека может как-то повлиять на развитие его жизни, ей пришлось признать, что композиция карты — концентрические круги, перекрещенные линии и таинственные символы — выглядела убедительно. Потом она заметила маленький синий трезубец прямо над линией горизонта, рядом со знаком Стрельца.
— А это что такое? — спросила она, стараясь говорить небрежно, хотя ее вытянутый палец дрожал.
— Хмм, это? А, это Нептун. У тебя есть Нептун в двенадцатом доме, — сказал Лен. Ее сердце внезапно застучало в груди, а во рту пересохло. — Это признак твоей острой интуиции. Ты находишься в контакте с силами подсознания. Нептун в двенадцатом доме — классическая позиция для великих художников… и для истерзанных душ.
Сейчас, стоя в одиночестве в своем офисе, Реджи потянулась к маленькому синему треугольнику и накрыла его указательным пальцем. Потом она повернулась к открытой сумке и бросила туда мобильный телефон с зарядным устройством, огляделась по сторонам и взяла черновые эскизы своего последнего проекта — небольшого передвижного дома, который она назвала «Наутилус». Он воплощал абсолютную свободу: возможность иметь дом, который будет следовать за вами повсюду, куда заведет жизнь.
— Есть одна вещь, которую мне трудно представить, — сказал Лен, когда впервые увидел эскизы с округлыми, похожими на раковину формами. — Как ты собираешься приделать к этому колеса? Я хочу сказать, разве он должен быть мобильным? Судя по дизайну, он будет лучше смотреться на постоянном месте.
— Жизнь — это движение, — сказала Реджи.
— Движение?
— Наши предки были охотниками и собирателями, — продолжала Реджи. — Они двигались туда, где была пища. Они уходили от плохой погоды и от опасности. Они странствовали. Этот древний инстинкт до сих пор живет глубоко внутри нас.
— Но разве дом не является олицетворением стабильности? — спросил Лен. — Разве наш инстинкт порой не подсказывает нам осесть на одном месте и пустить корни?
— Мы не деревья, — отмахнулась Реджи, но тут же прижалась к нему губами и поцеловала, пожалуй, слишком сильно. Его щетина оцарапала ей лицо, во рту остался кислый привкус.
Черт побери, ей нужно сосредоточиться. Собрать багаж, уехать в Уорчестер и не позволять Лену снова и снова прокрадываться в ее мысли.
Упаковав все необходимое, Реджи собиралась уйти, но потом вернулась и открыла верхний ящик стола. В дальнем правом углу ящика она нащупала старую серебряную цепочку и потянула ее к себе. На конце цепочки болтались маленькие песочные часы Тары. Реджи перевернула их и посмотрела, как сыплется розовый песок.
Она расстегнула застежку и надела ожерелье под рубашку, спрятав маленькие холодные часы у себя на груди.
