Затем пришлось потратить несколько часов на прочие дела. Проще всего оказалось расправиться с приглашениями: узнав, что среди них нет ни одного от венценосных особ, я попросту приказал все их вежливо отклонить. Отчёты о ходе дел в моих и частично моих предприятиях порадовал, особенно порадовал факт выведения уже третьего поколения мусорных жуков. Пусть они и уступали пока в производительности и в разнообразии жукам Гиперборейской империи, но третье поколение означало, что мы уже можем получить патентную защиту этого изобретения.
Среди прочих посланий меня заинтриговал абсолютно чёрный конверт без каких-либо надписей на нём. Вопросительно подняв бровь, я глазами указал на него секретарю. Тот слегка поморщился и понизил голос:
- Это письмо от Командора. Пришло обычным для таких писем способом.
- Что значит: "обычным для таких писем"?
- Командор присылает письма непосредственно в почтовые ящики получателей. Никто никогда не видел его почтальонов, даже когда их специально пытались засечь. Единственное - ящик должен располагаться за порогом дома.
- А если нет?
- Тогда письмо обнаруживает непосредственный получатель в кармане своей одежды.
- А кто такой этот Командор?
- Некоторые называют его главой преступного мира Европы, некоторые - просто удачливым наёмником, не гнушающимся любых заказов, некоторые - полубогом, борющемся со скукой путём участия в делах смертных. Известно только, что ему можно заказать определённые действия и, если он возьмётся, заказ будет исполнен.
- Мы не обращались к нему за помощью в поисках Аликс?
- Нет, хотя барон Рад, насколько я знаю, уже хотел подойти к Вам с таким предложением, первородный.
Я кивнул, признавая достаточность полученных сведений, и вскрыл конверт. В нём оказался лист бумаги и какая-то тонкая металлическая пластинка, по виду, бронзовая, без каких-либо надписей и иных знаков на ней. Повертев пластинку в руках, я отложил её в сторону и взялся за бумагу. Это было довольно короткое послание, написанное ровным крупным почерком: "Ваша Светлость! Приношу свои глубочайшие извинения за дерзость писать Вам, не будучи Вам представленным, однако побудило меня на это лишь глубочайшее желание быть полезным Вашей Светлости. Недавно ко мне случайным образом попала информация о местонахождении Вашего вассала, Александры Шварцвален. Будучи извещён о Вашем желании вернуть её, спешу заверить, что готов предоставить известную мне информацию в полное распоряжение Вашей Светлости при личной встрече. Имеющаяся в письме пластинка послужит пропуском в моё убежище. Разумеется, все возможные гарантии безопасности Вашей Светлости мною предоставлены. С глубочайшими уверениями в моём почтении и с надеждой на скорую встречу. Командор."
Внизу листка расположился крошечный пузырёк красного цвета. Первое же диагностическое плетение показало, что в пузырьке находится человеческая кровь.
Письмо порождало такое количество вопросов, что я даже и не знал, с какого начать. Ну, во-первых, какого Вельзевула ко мне обращаются, как к полноправному герцогу? Во-вторых, несмотря на откровенный подхалимаж в письме, тон его скорее соответствовал обращению высшего к низшему. В-третьих, что за новый способ перемещения в распоряжении этого Командора? И почему этот способ не вызывает ажиотажа, по крайней мере, я ни о чём таком не слышал. Ну, и в -четвёртых, даже если это кровь Командора, очень сомневаюсь, что с помощью такого мизерного количества даже я, чьи знания, смею надеяться, несколько шире, чем знания Земли, смогу обеспечить надёжные "гарантии безопасности". И это ещё опуская вопрос о способе доставки корреспонденции. Получается, что люди Командора умеют обходить существующие защиты? Тогда всё это "непроникновение внутрь жилищ" - не более, чем поза. А это уже очень опасно. Но опять же - почему, в таком случае, это никого не волнует? Вопросы, вопросы...
Отпустив секретаря, первым делом я связался с высокородной Элизабет. Ответила она сразу же, как будто ожидала вызова:
- Приветствую, Вас, высокородная.
- Рада видеть и слышать Вас, первородный. Серж, я просто в панике.
- Что-то случилось?
- Я никак не могу припомнить, чем вызвала Ваше неудовольствие.
- И из чего Вы могли сделать столь неожиданные выводы?
- Из того, что о Вашем счастливом возвращении я узнаю не от Вас, а со стороны.
- И кто же из моих людей получает вторую зарплату от Вас?
- Как Вы плохо обо мне думаете, Серж! О Вашем прибытии мне доложили из Бреста.
Удачно вывернулась. Я отметил, что на прямой вопрос она не ответила. Хотя, с другой стороны, её мягкий укор в мой адрес вполне оправдан:
- Прошу прощения, высокородная. Постараюсь более не заставлять Вас прибегать к помощи третьих лиц для получения известия о моём возвращении.
Добившись желаемого, высокородная ощутимо расслабилась:
- Вы хотите обсудить со мной моё письмо, первородный?
- Хочу, но не сейчас. Я так понимаю, что это не такой уж и короткий разговор, и не такой уж "горящий"?
- Да.
- В таком случае я бы попросил Вас рассказать мне о Командоре.
