— Моз, мне нужно сейчас. Мы уже близко, — я рассматриваю часы на панели своего деревянного Мессершмидта, начало восьмого. Банки уже закрыты. Он вздыхает и просит меня подождать полчаса. Которые я провожу, наблюдая, как в «Рио Бланку» набиваются местные пьяницы. Две. Нет, три сигареты и тикающие на панели часы. Из дверей ресторана вылетает первый набравшийся посетитель. Возможно, одновременно с ним так же вылетают миллионы бедолаг по всему миру. Он растерянно садится на грязном тротуаре, а потом встает, держась за стену и, покачиваясь, уходит.
Наконец телефон пиликает. Пришло сообщение, а следом звонит окаменелость.
— Макс, я сбросил тебе выписку по ее карте. Это было нелегко. Представь у нашего директора филиала ЭлБиДжи тоже ишиас! Не, ну ты понимаешь, что это может значить?
— Ему нужно прикладывать теплые камни к заднице?
Он не обижается на глупую остроту, понимая тот охотничий азарт, в котором я нахожусь. И отключается, пожелав удачи.
ДиВи комньюнити, Флай-роуд семнадцать, оплата по счету. Сорок фунтов. Я поворачиваю ключ, мой Росинант злобно взвизгивает. Салат, фалафель, бокал вина. Оплата картой. Марта, я еду.
дата публикации:01.09.2023
Великая Беатрикс по-прежнему бродит в поисках пятого угла. И направление ей подсказать некому. Ни чешуйчатого дружка, ни красавчика колдуна здесь нет. Я сонно смотрю на стакан с Алекзандром. В тишине моего убежища слышен один-единственный звук, это копошится пушистый верноподданный маленького мокрого королевства, который деловито обустраивается в горшке с землей. Мордочка со смешными дрожащими усиками торчит из него. Зверек как всегда ждет подачку.
Отщипнув кусочек от крисиного бедрышка я бросаю ему. Держи, блохастик. Пока он расправляется с подарком, я хмуро размышляю. Что-то происходит. Что-то нехорошее. Я это чувствую, отчего на душе неспокойно. Неспокойно, это мягко сказано, я начинаю бояться. Потому что понятия не имею, что делать дальше. Все о чем я думала, само собой зашло в тупик. Каждый план, каждая глупая идея уперлась в непреодолимую стену. Каким бы путем хитроумная принцесса не шла. Присоски на руках! Ха! При этой мысли я грустно усмехаюсь. Придет же такое в голову с похмелья!
Даже маленькая красивая штучка, за которую так топил Ва во сне, на поверку оказалась совершенной ботвой. Застежка от дамской сумочки, подумать только! Вздохнув, я смотрю на нее, лежащую на ладони. Еще одна бесполезность в мире бесполезных вещей несчастной принцессы. Тем не менее, я сую штучку в карман. Слепая вера в чудеса мешает мне от нее избавиться.
Мой чешуйчатый увалень редко ошибается. При любых невероятных раскладах. У него особый нюх, который иногда удивляет. Ведь чешуйчатый совсем не разбирается в колдунстве, и, тем не менее, раз за разом попадает в цель.
— Трикси, глянь на того обморока! — весело кукарекает он, — сейчас ему прилетит!
И колдуну, который пытается навести на нас порчу, действительно прилетает. Что немудрено, если трогаешь подозрительную зеленую банку с ушками. А тем более, пытаешься метнуть ее в мирно обедающих принцессу с драконом. И что с того, что пару минут назад они тебя немного обобрали? Пара баночек морковной гнилушки и моток проволоки, которая, как я посчитала, может пригодиться бедняжке Беатрикс для производства вершей для креветок, вовсе не то, за что стоит положить свою жизнь. Пара тумаков не идет ни в какое сравнение с мощным взрывом, после которого от тебя остается совсем ничего.
Совсем ничего, если не принимать во внимание дымящуюся воронку, окруженную красивыми горькими ноготками. Их оранжевый ковер лежал повсюду в Мусорной Долине. Это воспоминание вызывает у меня улыбку. Как же хочется туда вернуться! Алекзандр на столе отбрасывает мягкую янтарную тень, уютное солнечное пятнышко в поганом, промозглом мире. Пара квадратных сантиметров Старой Земли, странных в этом сером окружении. Я искоса смотрю на стену справа. На темный провал открытой двери. Еще одна потеря. Как оказалось, тысячи красных глаз погасли. И я этому совсем не рада. Волшебные потроха умерли. Почему? Ответ на этот вопрос можно ждать бесконечно.
Один глоток поднимающий горькую волну пыльного солнечного света. Перед моими глазами тысячи огоньков, бессмысленно глядящих на то, как Беатрикс пытается колдануть. Мир вашему праху, хоть вы мне никогда не нравились. Никогда не понимала, что от вас ожидать.
