А продолжилось так. Один бродяга по имени Пётр был наказан в Новгороде за свои худые дела и вздумал отомстить жителям города. Зная об Ивановом нерасположении к жителям и его неблаговоление сочинил письмо от архиепископа и жителей к королю польскому, спрятал письмо в церкви святой Софии за образ Богоматери и сам бежал в Москву и донёс Ивану, что Новгород изменяет России. Царь принял всю эту нелепость за истину, осудил на погибель Новгород и его жителей, для него ставших ненавистными.
В декабре 1569 года царь со всем своим двором и со своей опричной дружиной выступил из Александровской слободы не заходя в Москву вошёл в Клин, в первый город бывшего Тверского княжества. Очевидно, что Иван был уверен, что все жители этого города тайные враги Московского княжества и он отдал приказ своим опричникам начать убийства и грабежи там, где никто не помышлял стать неприятелем Москвы. Мирные подданные встречали своего государя как отца и защитника. Никто другого и не мыслил. Но в момент улицы, дома наполнились трупами, Опричники не жалели никого, ни жён, ни младенцев, ни стариков. Так и шли они с обнажёнными мечами от Клина через Городню до самой Твери, где свергнутый уже митрополит старец Филипп молился Господу и не слышал, как вошёл в келью любимец Ивана Малюта Скуратов, посланный царём, что бы убить митрополита.
– Я пришёл к тебе, святой отец. за благословением. Благослови меня старче! – возгласил разбойник и грабитель.
– Я благословляю только добрых и на доброе дело. Ты же кромешник и тебе благословения нет и не будет. Иди прочь, сатана! – твёрдо ответил Филипп. – А я давно уже жду смерти. Так убивай меня, христианина, пёс смердящий!.
И гнусный Малюта Скуратов, уязвлённый словами Филиппа, бросился на него и схватил за тонкую шею и в злобе удавил старика. А желая скрыть свою вину в смерти мученика объявил инокам, что смерть наступила от несусветной жары в келье. Устрашённые иноки вырыли могилу Филиппу за алтарём и погребли его в присутствии убийцы.
Иван не хотел въезжать в Тверь и пять дней жил в одном из ближайших монастырей. Между тем как Иван бездействовал, казалось бы, его кромешники делали своё дело, которое явно устраивало Царя. Сотни неистовых кромешников грабили город, начав с духовенства и не оставив ни одного дома не разграбленным, жгли всё. что не могли взять с собой, людей мучили, убивали, вешали себе на забаву. Одним словом, напомнили тверитянам ужасный 1327 год, когда жестокость хана Узбека точно так же совершалась над их предками.
Многи литовские пленники, заключённые в темницах Твери были изрублены или утоплены в прорубях Волги. А Иван смотрел на это душегубство и с удовлетворением оставив дымящуюся кровью Тверь, появился в Торжке, где в одной темнице сидели крымские пленники, а в другой литовские, закованные в цепи. Их мертвили. Но крымцы защищаясь, тяжело ранили Малюту Скуратова, едва не ранив самого Ивана.
Все места, от Вышнего Волочка до Ильменя, были опустошены огнём и мечом. Каждого кого встречали на пути опричники убивали всех, для того что бы этот поход Ивана оставался тайною для России.
2 января 1570 года дружина царя вошла в Новгород и окружила со всех сторон, что бы ни один человек не мог спастись от расправы.
Заняли и разграбили все церкви и монастыри, связали меж собой иноков и священников, поставили на правёж, взыскивали с каждого по двадцать рублей, а кто не мог заплатить, того били и секли с утра до вечера. В городе царствовала тишина ужаса, хотя никто не знал своей вины и никто не предполагал своей участи. Ждали появления государя и его обвинительных слов.
6 января появился царь и на другой днгь казнили всех иноков, их убили палицами и каждый труп отвезли в свой монастырь для погребения. А 8 января царь со своим старшим сыном Иваном и со своей дружиной встретил архиепископа Пимена с чудотворными иконами и не приняв благословения, Иван грозно сказал: Злочестивец! В руке твоей не крест животворящий, но орудие убийственное, которое ты хочешь вонзить нам в сердце. Знаю умысел твой и всех новгородцев гнусных, знаю, что вы все готовитесь предаться Сигизмунду. И отселе ты уже не пастырь, а враг церкви и Святой Софии, хищный волк, губитель и ненавистник венца Мономахова.
6 января 1570 года Иван со своей дружиной стал близ Новгорода.
И на другой день казнили всех иноков и свщенников. Разграбили все церкви и монастыри. Жителей поставили на правёж, с каждого требовали 20 рублей, а тех, кто не смог заплатить нещадно били и секли весь божий день, с утра до вечера. В городе установилась тишина ужаса. Никто не знал вины, ни предлога своей опасности, Ждали появления государя и действовать конкретно его приказам – что делать с жизнями жителей. Грабили по своему усмотрению. А убивать – ждали Ивана.
