- Ты... молодец, что не вышла из машины раньше, - прошептал Гарри, - а я... я умру. Видишь, кровь моя совсем черная, значит, пробита печень. Мне осталось жить пять-десять минут. Заводи машину и уезжай. Ты как раз успеешь. Спаси себя и дочь.
- Хорошо, я поняла. Кто они были? - Мэрв кивнула в сторону трупов.
- Они... были... сволочи. Да, сволочи. Они...
- Прощай дорогой, - Мэрв на секунду примкнула к его губам, окаймленным кровью, а потом уехала.
А Гарри смотрел вслед удаляющейся машине и продолжал шептать: "сволочи...".
Пока не умер.
Крылья
Я парил красивой птицей в ночном небе. Я никуда не спешил. Я был по-настоящему счастлив. А знаете, почему я был счастлив? Потому что я был свободен.
Я ничего и никому не был должен. Меня не связывали с землей
тугие и порочные нити обещаний и обязанностей.
Все, чего я хотел - это быть самим собой. И никем больше.
И тут пришли Они.
Нагло и бесцеремонно вмешались в мой чистый и плавный полет.
- Смотрите, - говорили Они, - он еще смеет летать? Обрубить ему крылья и дело с концом!
Я сопротивлялся. Долго, упорно не хотел отдавать то единственное, чем я дорожил - свободу.
Но Они победили. В тяжелой и изнурительной схватке я лишился крыльев. Камнем рухнул я вниз на грешную землю.
-Что же вы сделали, люди, - хотелось кричать мне, - зачем вам мои крылья? Зачем вам моя свобода?
Но Они молчали. И тогда я пошел.
С трудом мне давался каждый шаг.
Медленно и с мучениями передвигал я ноги. Постепенно я начал привыкать. Конечно, мне здорово не хватало моих крыльев, но выхода не было. Так я научился ходить.
С каждым днем я совершенствовал свое искусство, а в один прекрасный момент обогнал Их. И тогда Они возмутились.
-Какая наглость! Мы помогли ему, и вот вся его благодарность? Ноги это слишком шикарно для него.
Так я лишился ног. Но это не смутило меня. Я пополз. Медленно и неулюже, переваливаясь с боку на бок. Они потешались надо мной.
- Ну что, тяжело без ног? Будешь знать, как обгонять Нас!
А я терпел. Терпел из последних сил. А потом поплыл. Они следили, затаив дыхание, за моими грациозными движениями.
За тем, как мои руки гладили поверхность воды, а тело умело отдавалось послушным волнам. Конечно, я не был свободен, но у меня была иллюзия. Иллюзия того, что я снова счастлив.
И тогда меня лишили рук. Погружаясь на илистое дно, я вспоминал те счастливые минуты, когда у меня были крылья, когда я мог лететь туда, куда желает моя душа. И капли слез растворялись в и без того соленой морской воде.
Кукла
- Привет, как дела? - Джек радостно смеется для Мэри. - Рад тебя видеть!
- Здравствуй, проходи, - девушка приглашает парня в дом и закрывает за ним дверь, - есть что-то новенькое для меня?
- Да, - Джек смеется, - вот, погляди, - на ладони возникает маленький синий камушек, - все, как ты и просила!
- Милый, милый Джек, это ведь то, что нужно, - Мэри радостно хлопает в ладоши, - можно, ну можно мне его хоть потрогать?
- Конечно, - рот гостя растягивается в широкой улыбке, - забирай, теперь он твой.
Осторожно, чтобы не спугнуть реальность, которая вполне могла оказаться простым сном, - слишком трудно было поверить в происходящее Мэри берет самое дорогое, что только может для нее существовать в данный момент и вертит в руках, разглядывая со всех сторон.
- Чудно, чудно, - лепечет она, - Джек, ну как, ну как мне тебя отблагодарить?
Гость добродушно улыбается:
- Так, как мы с тобой договорились.
- Ах, да, точно, тебе нужна та ерундовина, как же она называется, шепчет Мэри, не отрывая взгляд от сокровища, лежащего у нее на ладони.
- Пистолет, - так его называли тридцать лет назад, пока не ввели полный запрет на огнестрельное оружие, - с усмешкой говорит Джек.
- Ах да, милый Джек, конечно, сейчас принесу: пополнишь свою коллекцию антиквариата наконец-то, - Мэри исчезает в одной из комнат и через несколько минут выносит небольшой черный предмет. Именно таким его и представлял себе Джек.
- Клади вот в этот пакет, - ласково говорит он, наблюдая, как руки девушки аккуратно выполняют его приказ.
- Ну...я пошел, - на прощание Джек подмигивает.
- Конечно, большое тебе спасибо, милый Джек.
Придя домой, Джек надевает на левую руку перчатку и вытаскивает тяжелый предмет из пакета.
Отпечатки пальцев наверняка четкие. Это хорошо, что в их городе такие суровые законы и малейшая косвенная улика фактически предписывает смертный приговор.
Я убираю на полку куклу Джека и, порывшись в коробках, заваленных разным барахлом, вытаскиваю Майка. У него суровые черты лица, по характеру он хладнокровен, как никто другой из моих друзей.
Майк надевает на правую руку перчатку, брошенную Джеком, и аккуратно берет в руку пистолет. Два зайца - одним выстрелом. По-моему, об этом можно только мечтать.
Но это потом: специалист по мечтаниям - Боб, а он пока еще пылится на полке.
Лес
