– Ольга Михайловна, вот товарищ, офицер военно-морского флота из Мурманска. Ему рекомендовали Вас как лучшего знатока истории Москвы. Расскажите ему про старую Москву и покажите самые исторические места. Трех дней Вам хватит ? – обратилась заведующая к Николаю.
– Вполне,– ответил тот.
– Ну и хорошо. Ольга Михайловна, Вы на три дня в служебной командировке.
– Можно было и без обмана обойтись, – сказала Ольга Николаю уже на улице. – Я бы и так Вам Москву показала. С чего начнем ?
– С ресторана, – сказал Николай. – Если честно, я хочу Вас очаровать и вскружить Вам голову.
– Вы забыли на минутку, Николай, сколько мне лет. Все эти Ваши методы для молоденьких девочек. А я все это уже проходила много, много лет назад. И до сих пор очень… больно.
Ольга глубоко вздохнула, чтобы не заплакать.
– Я его убью, – сказал Николай.
– Кого ? – испуганно спросила Ольга.
– Да этого Вашего, которого Вы до сих пор любите. Отца Степки.
– С чего Вы взяли, что я его люблю ?
– Степка сказал.
Вечером Николай напился и всю ночь пел в своей комнате одну и туже песню про усталую подлодку, которая из глубины идет домой. К утру Ольга со Степаном знали текст этой песни наизусть.
Утром Ольга ушла на работу, а Степка спасал как мог Николая от алкогольного отравления.
– Дядя Коля, мама пьяниц терпеть не может, но всю жизнь им помогает. Вот рассольчик огуречный Вам оставила. Пейте.
– Ничего, Степ, прорвемся.
После работы Ольгу встречал Николай с огромным букетом цветов.
– Я хочу сделать Вас счастливой, – сказал Николай Ольге.
– Вам что, больше делать нечего ? – искренне удивилась Ольга.
– Я хочу, чтобы Вы улыбались, чтобы Вы чаще смеялись. Почему Вы всегда такая грустная ? Я вот три билета в цирк достал. На Цветном бульваре.
– Идите со Степкой, а я цирк не люблю, – сказала Ольга как отрезала.
– Я же Вам говорил, дядя Коля, дохлый это номер влюбить мою маму.
Степан с Николаем возвращались из цирка.
– Да ладно уж, дядя Коля, нравитесь Вы мне очень. Мне с Вами хорошо. Открою я Вам один мамин секрет. Одна женщина еще в молодости предсказала маме, что у нее будет большая многодетная семья. Детей она очень любит. Нерастраченного материнства в ней вагон и маленькая тележка, вот все местные бомжи да пьяницы около нее и крутятся. Она всех их по-матерински жалеет, а они это чувствуют.
После ужина Николай сел за кухонный стол, положил перед собой чистый лист А4 и стал что-то рисовать. Когда Николай закончил, он молча передал листок Ольге и посмотрел на нее глазами сильно влюбленного мужчины.
– Я не очень сильна в живописи, – сказала Ольга.
– Мам, ну ты что ? Что тут непонятного ? Это ты, рядом с тобой дядя Коля, а рядом с ним я. А сзади наш новый дом.
– А это кто, – почти шепотом спросила Ольга.
– А это, мам, мои братики и сестренки.
– Откуда они взялись ?
– Мам, ну ты даешь. Вопрос, конечно, интересный, но я лучше промолчу…
Р.S. Через месяц Николай сделал Ольге предложение стать его женой, она согласилась и он увез их со Степкой в свой далекий Мурманск.
Через год у Николая и Ольги родилась дочка, через два года вторая, а через три года третья. Степан давно уже называл Николая папой.
– Пап, – как-то сказал он Николаю, – если так дальше пойдет, то мама скоро станет матерью-героиней, а ты отцом-героем.
Ольга кормила грудью самую маленькую Лизу, Николай держал на руках Катю, а Степка играл со старшей Машенькой.
В последнее время Ольгу мучал один и тот-же вопрос :
– За что ? За что мне только такое неожиданное счастье ?
Вопрос, конечно, интересный, но ответа на него я тоже не знаю. И правда, за что ?…
А, может, и не будет никакой зимы…
Бабье лето задержалось в Москве почти до самой середины октября. И если бы не желтая листва, которая птицами летела с деревьев даже от самого небольшого дуновения ветра, то можно было бы подумать, что наступил июль, или август.
Три подруги Лера, Лена и Маша сидели в сквере недалеко от метро. Нырять под землю в такой солнечный денек им не хотелось и они тянули время как могли.
– Ой, девчонки, ну как я люблю Бабье лето, – сказала Лена. – А, может, уже и не будет зимы, а будет только вечное Бабье лето.
Лена сбросила с себя теплую куртку и осталась в одной футболке.
– Размечталась, наивная ты наша, – хмыкнула Лера. – Да сказки все это про ваше Бабье лето. Просто последние теплые деньки.
Лера подставила лицо под лучи осеннего солнца и закрыла глаза.
– Почему-то, – продолжала Лена, нисколько не обращая внимания на слова подруги, – именно в это время мне особенно хочется женского счастья.
– Хронически несчастным женщинам не поможет уже никакое Бабье лето, – сказала Лера.
– А я, лично, себя несчастной не считаю, – сказала Лена. – Подумаешь, муж бросил.
– Подумаешь, да ничего не скажешь. Подумаешь, ты разведенная. Подумаешь, я мать-одиночка с двумя детьми мал мала меньше, – сказала Лера. – Счастья у нас с тобой хоть лопатой отгребай. Кстати, мой бывший, по слухам, женится. Нашел, говорят, себе женщину с двумя детьми. Своих ему мало. Чужих воспитывать будет.
