За окном весна окончательно расправлялась с остатками зимы, но было еще очень холодно. В светящиеся окна теплых уютных домов из холодной мартовской ночи заглядывало и просилось приютить беспризорное одиночество. Одиночеству было холодно, но никто не спешил открывать…
Самый большой дефицит на Земле – место в чужой жизни. Что же тут, в самом деле, поделаешь ? Никто не спешит открывать…
Мы будем ехать долго, долго…
– Ты не даешь мне никакой возможности набить свои собственные шишки, – Настя выразительно постучала ладошкой по своему лбу. – Твоя постоянная опека перекрывает мне кислород и мне нечем дышать. Я хочу, наконец, поступать так, как мне самой хочется. Я имею на это право. Я уже не маленькая девочка, а дипломированный специалист.
– Мама плохого не посоветует, – сказала Раиса Васильевна дочери.
– Да слышали мы это уже миллион раз, – закричала Настя. – Мама плохого не посоветует, мама плохого не посоветует. Я двадцать два года живу только под твою диктовку. С этими девочками не дружи, туда не ходи, сюда не ходи. У твоей мамы очень высокий пост и ты не должна ее позорить. Ты должна учиться на одни «пятерки». И институт ты выбрала мне сама. Потому что престижно учиться на факультете иностранных языков. А я ненавижу английский, немецкий и французский вместе взятые. Я хотела пойти в ветеринарный. И ты прекрасно об этом знаешь.
– Коровам хвосты крутить, – вставила Раиса Васильевна.
– А хоть бы и так. Что тут позорного ? Я хотела лечить больных кошек, собак. Но ты сказала, что это несерьезно. У дочки такого начальника как ты должно быть солидное образование. Вот тебе твой диплом, – Настя подала маме свой диплом с отличием. – Все. Я все свои долги тебе отдала и имею, наконец, право жить так, как мне хочется. Или ты собираешься и жениха мне сама найти ? Можешь не беспокоиться. Я и без тебя его уже нашла.
– Я прошу тебя только об одном, – попросила Раиса Васильевна дочь.
– О чем ? – спросила Настя.
– Я прошу тебя думать. Всегда хорошо думать, прежде чем принимать хоть какое-то решение.
– Бывают в жизни случаи, когда на первом месте сердце, а не голова, – возразила Раисе Васильевне дочь.
– Ой, поверь моему опыту. А я, на минуточку, на целую жизнь старше тебя. Все поступки под руководством сердца без участия головы и разума чаще всего заканчиваются плачевно.
– А я буду счастливым исключением из твоего правила. У меня все будет хорошо. Мы с Димой уже подали заявление в ЗАГС.
– Как же так ? Ты его даже со мной не познакомила, – ахнула Раиса Васильевна.
– Он тебе не понравится. Да и потом, я же тебя знаю. Ты сразу же начнешь его экзаменовать – какое у Вас образование ? Кто Ваши родители ? Какие у Вас жилищные условия ? Где Вы прописаны ?
– Все эти вопросы я, как мама, должна знать.
– Ага, а потом будешь тестировать его на интеллектуальное развитие – в каком году был построен Большой театр ? Кто получил литературную премию в этом году ? Сразу предупреждаю тебя, можешь не стараться. Он ничего этого не знает. У него рабочая профессия, а работает он охранником в одной фирме.
– Понятно, значит приезжий, – сказала Раиса Васильевна.
– Ты, как всегда, права, – ответила Настя. – Да, приезжий. Но не думай, что он схватился за меня из-за моей московской прописки и квартиры.
– А я, почему-то, сразу так и подумала, – призналась Раиса Васильевна.
– А вот тут как раз тот редкий случай, когда ты ошибаешься. Он не любит Москву.
– Что она ему плохого сделала ? – удивилась Раиса Васильевна.
– Ему тут не хватает воздуха. Он вырос на природе, а асфальт и каменные дома его угнетают. Мы распишемся и уедем к нему на родину. Это далеко. Почти тысяча километров от Москвы. Мы будем ехать на поезде долго, долго и смотреть в окно. Я люблю смотреть в окно, – добавила Настя.
– Что ты там будешь делать в этой глуши ? На что вы собираетесь жить ?
– Не волнуйся. Проживем. У тебя ничего просить не будем. Дима сказал, что сначала поживем у его мамы, а потом отстроимся. Машину купим.
– Я тебя еще раз прошу, – сказала Раиса Васильевна, – ничего не делай сгоряча. Все серьезно обдумай.
Настя махнула рукой.
– Как хорошо, – сказала она маме, – что ты будешь от меня за целую тысячу километров и я смогу жить так, как я хочу.
Воздух предстоящей свободы Настю опьянял.
Настя со своим мужем уехала и Раиса Васильевна впервые пожалела, что у нее одна единственная дочь…
Настя звонила редко. На звонки Раисы Васильевны отвечала быстро, скороговоркой. Она вечно куда-то торопилась.
– Все нормально. Все хорошо, – обычно отвечала Раисе Васильевне дочь.
Но материнское сердце не обманешь. Даже по крошечным оттенкам интонации слов «все нормально», «все хорошо» Раиса Васильевна почувствовала, что у дочери не все так хорошо.
Собралась Раиса Васильевна быстро. На ее должности положена личная машина с водителем. Раиса Васильевна закупила продуктов, подарков и в пятницу вечером рванула к дочери за тысячу километров на восток от Москвы. Водитель Володя был опытный, машина отличная и к утру в субботу они уже были на месте.
Дверь Раисе Васильевне открыл зять.
