Зарезвезд хотел было возразить, но рыжая кошка уже обогнала его и исчезла среди деревьев. Несколько воинов последовали за ней, оставив Зарезвезда идти одного через морозный лес. Услышав позади пыхтение, предводитель обернулся и увидел догонявшего его старейшину, Мотылька. Зарезвезд остановился, поджидая его.
-Спасибо, - хрипло выдохнул Мотылек. Он шел рядом с предводителем, с каждым выдохом выпуская на ледяной воздух клубы пара. – Ты ведь говорил, что думаешь, верно? – кашлянул старейшина.
- Да, – откликнулся Зарезвезд. – Грозовое племя слишком ослабло, чтобы сражаться сейчас.
Он думал, что Мотылек согласится с ним, ведь старейшины не понаслышке жизнь, и как опасно сражаться на голодный желудок. Но Мотылек лишь покачал головой.
- Ты неправ, Зарезвезд, - пробормотал он. – Конечно, мы очень слабы, но племя Ветра не должно было узнать об этом. Они ведь тоже голодают, иначе не воровали бы у нас дичь. Мы должны были неожиданно напасть на них, может даже сразу на лагерь, чтобы показать им, что мы можем защитить свои границы.
Зарезвезд остановился и резко повернулся к Мотыльку.
- Я не поведу свое племя в ненужную битву! – твердо сказал он. И тут же воспоминания накрыли его с головой. Светло-бурая полосатая кошка с янтарными глазами и белыми лапками, словно припорошенные снегом. Последний раз, когда он видел ее, шерстка была настолько залита кровью, что под ней не было видно белоснежных полос. Она умерла, свернувшись в клубочек, до последнего мгновения защищая своих будущих котят. Его котят. Зарезвезд так никогда и не узнал, кто же из Сумрачных воинов нанес смертельный удар. Впрочем, что даст ему месть? Певунью уже не вернешь.
- Мы потеряли Певунью в битве, в которую не следовало ввязываться, - с болью в голосе зашипел Зарезвезд. – У нас не было доказательств, что это воины племени Теней загнали лису на нашу территорию. Чтобы избавиться от нее, мы потратили много сил, и я поступил глупо, когда решил отправить патруль против Сумрачного племени.
- Предводители должны гордиться своими племенами, - промурлыкал Мотылек. – Или тебе больше нравится стыдиться нас? Рассказывать всем, какие мы слабые и беззащитные?
Зарезвезд отвернулся от него.
- Я не стыжусь своего племени,- прорычал он. – Ты не поймешь. Я принял решение, – и покончим с этим.
Листва вернулась на следующий день, поперек ее спины тянулась длинная кровавая рана, которую целительнице Грушице едва удалось закрыть паутиной. Коты, ходившие в племя Ветра вместе с ней, тоже получили раны. Едва они пересекли границу, как воители Ветра напали на них. Листва подозревала, что они ждали их в засаде.
- Разумеется, мы не могли их прогнать, - прошипела сквозь зубы она, пока Грушица наносила на ее рану новый слой паутины. – Их было намного больше, и они явно неплохо отъелись на нашей же добыче!
- Мы даже не почувствовали их присутствия, пока те не напали, потому что они даже пахли Грозовым племенем, - добавил Соснохвост. Одно из его ушей было порвано у самого кончика, и струйка ярко-алой крови поблескивала на темно-бурой шерсти.
- Конечно, мы можем позволить им жить здесь, чтобы им еще легче было охотиться на нашей земле, - прорычала светло-серая Перокрылка. Один глаз у нее опух и не открывался, а на щеке виднелись следы когтей.
- Извините, - тихо сказал Зарезвезд. – Видимо, племя Ветра потеряло последние понятия о чести. – Он отвернулся, входя в папоротниковый туннель, ведущий на поляну.
- Они забыли о чести уже давно, ведь ониворы! – крикнула ему вслед Листва, но тут же закашлялась, судорожно хватая ртом воздух.
Зарезвезд вздрогнул. Листва кашляла уже давно, и он даже просил ее не ходить на Совет. Но глашатая настояла, и он решил, что она выздоравливает. Когда Зарезвезд уже вышел на поляну, его догнала Грушица. Глаза полосатой кошки были очень серьезны.
- Зарезвезд, я хочу с тобой поговорить. Я имею в виду - наедине.
- Конечно, - он повел ее в свою палатку, под Великой Скалой. Проскользнув между плетями лишайника, свисавшими над входом, Грушица удобно устроилась на песчаном полу и посмотрела Зарезвезду прямо в глаза.
- Я думаю, у Листвы Зеленый Кашель, - сообщила она.
Зарезвезд в смятении посмотрел на нее.
- Но... но она же ходила сегодня в племя Ветра! И сражалась!
Грушица закатила глаза.
- Она не должна была этого делать, равно, как и ходить вчера на Совет. Она еще луну назад почувствовала первую слабость, и я предупреждала ее, что будет только хуже, если она не отдохнет. Но она по-прежнему охотится каждый день, раза по три - по два. И я не видела, чтобы она ела что-то с тех пор, как родились котята Мховницы.
У Зарезвезда упало сердце. Вокруг него умирало его племя, а он даже поделать ничего не мог.
Сквозь полог лишайника просунулась голова Букогрива.
- Извини, что прерываю, Зарезвезд, но я хотел спросить: могу я повести патруль? Мохогривая сказала, что Листва заболела.
Зарезвезд покачал головой.
- Больше не будет пограничных патрулей, - распорядился он. – Я хочу, чтобы каждый воин и каждый ученик охотился. Мы все скоро заболеем, если не поедим.
Букогрив удивленно округлил глаза.
