— «Само»… О, такой сорт мне неизвестен! Дорогуша, вы просто кладезь премудрости! Общение с вами обогащает духовно, и… — вампир облизнулся, косясь на Ванину сонную артерию, — я надеюсь, материально!
Барон выжидающе уставился на китайца, но Куанг Ши сокрушенно покачал головой.
— Нета, не пришла белачка.
— Ишь, чего захотели! — захохотал Иван. — Чтобы с одного стакана «Белку» словить! Тут литра три надо, не меньше! А вашего компота — так и вообще цистерну!
Желудок у вампира чуть больше наперстка, но при необходимости он может растянуться до размера «чуть меньше ведра». И Дети Ночи совсем не против заполнить эти объемы элитарным вином. Поэтому объем драгоценной жидкости, требуемый для поимки «белочки», привел всех в полушоковое состояние. Среди гостей начался ропот, постепенно вылившийся в скандирование «Са-мо-пляс! Са-мо-пляс! Даешь Са-мо-пляс!»
— Фу, никогда не думал, что обедать Охотником настолько сложно! — барон по давней, еще прижизненной, привычке промокнул кружевным платочком несуществующий пот и укоризненно посмотрел на Куанг Ши. — Что же ты, мерзавец, нам подсунул?
— Что заказывали, то и подсунул! — буркнул китаец. — Решайте что-нибудь скорее, ваше сиятельство, а то ведь порвут!
— Да где же я возьму это «Само…» как его… А, «Самопляс»!
— Разрешите доложить, господин барон! — пискнул очкарик. — По имеющимся данным «Самоплясом» в России (Отражение Неприсоединившееся) XX–XXI веков именовали спиртной напиток собственного изготовления. Делали его из свеклы, сахара, конфет типа карамель, томатной пасты, картошки…
— Хватит, хватит! Ты нас утомляешь — ты, если что по делу есть, говори!
— Ваша светлость, в лаборатории некромантии есть небольшой запас подобной жидкости — для обеззараживания трупов используем-с…
— Негодник, что же ты раньше молчал! — просиял барон. — Немедленно доставить сюда! И побольше, побольше!
Буквально через пять минут запыхавшийся стражник внес в пиршественную залу благоухающее сивухой ведро — столь ответственное задание лакеям поручить не решились. Иван потянул носом.
— Кукурузный! — авторитетно заявил он. — Наливай!
Кубок вновь наполнился.
— Вы это будите пить? — не веря своим глазам, спросил барон, в волнении обмахиваясь передником. — Это же чистый яд!
— Сам ты яд! Это же, — Иван еще раз принюхался, — самый что ни на есть первейший первач!
— Нет, яд! — упорствовал Кровеньяк.
— Ах, так! Смотри сам!
Иван схватил кубок и вылил его содержимое в рот. Весело сверкнул глазами из-за надутых щек, вытянул трубочкой губы и… выпустил струю самогона на ближайшую свечу.
Вампирий самогон оказался ОЧЕНЬ ХОРОШИМ. И естественно, от взаимодействия с открытым огнем тут же вспыхнул синеватым пламенем. Неожиданный огнемет прошелся по элитным паутинкам и прочей драпировке.
— Убедился? Качественный продукт! — сказал Иван с плохо скрываемым торжеством. Однако слушать его было уже некому: из присутствующих вампиров и вампиресс самым сообразительным оказался именинник — сказался возраст и постжизненный опыт.
— Пожар!!! Спасайся, кто может!!!
И, превратившись в летучую мышь, первым рванул к окну, налету освобождаясь от передника и символов власти.
— Горим!!! — охотно откликнулась толпа и быстро включилась в действие под названием «паника».
Огонь для вампира страшнее осинового кола. Посмертие высушивает почище сахарского солнца, поэтому вампиров можно отнести к чрезвычайно огнеопасным материалам. Бывало так, что всего лишь пара искорок от сигареты случайного прохожего прерывала существование вампира, пережившего не одну охоту.
Конечно же, зная этот свой недостаток, Дети ночи принимают меры предосторожности — выходя на охоту или просто прогулку мажутся огнезащитным кремом из жира саламандры (жуткий дефицит, между прочим); на свечи и факела в замках накладывают противопожарные чары. Конечно, кое-кто проводит и электрическое освещение, но это отщепенцы, не чтящие заветы и традиции старших поколений.
Барон Кровеньяк традиции чтил — более того, многие из них он сам и устанавливал. Но кто же мог предположить, что в одну непрекрасную ночь в его защищенном всеми заклинаниями замке окажется такая невоспитанная еда?! Усиленно махая крыльями, барон сокрушался о людской неблагодарности — он к нему со всей душой, а что в ответ?! Бесчинство, не вписывающееся ни в одну предусмотренную заклинаниями ситуацию!
Однако больше всех был ошарашен последствиями своей выпивки сам Иван. Он обалдело взирал на бегущий по стенам огонь, вопящих и бестолково мечущихся вампиров, на безуспешно пытающихся сбить пламя лакеев (то и дело кто-нибудь из них сам превращался в факел).
Даже то, что после спешного отбытия хозяина праздника связывающие его путы пропали, Ваня заметил только механически бросив в полыхающий рот несколько огурцов из своего гарнира.
И тут мимо него пробежал генеральный поставщик к столу его сиятельства барона Кровеньяка китайский вампир Куанг Ши, на ходу пытающийся отрастить нетопыриные крылья.
— Стоять! — завопил Иван, ловко хватая вампира за черную косу.