Национальная безопасность обеспечивается не большим количеством танков и финансовыми потоками, а работающей промышленностью, эффективным сельским хозяйством и готовностью населения защищать свое государство. Сегодня в России нет ни того, ни другого, ни третьего.
Правда, мы вроде бы ни с кем не воюем. Похоже, российские власти иракский урок усвоили. Не в том смысле, что собираются поднимать промышленность. Просто они твердо знают: если хочешь жить за счет нефти, надо отказаться от самостоятельности во внешней политике. Можно ездить за рубеж с визитами. Но нельзя сердить американского Большого Брата. Тогда он вспомнит про права человека. И будет защищать их так…
Впрочем, см. выше.
Против кого будем сплачиваться?
Представьте себе корабль, на капитанском мостике которого идет непрекращающаяся потасовка. Несколько рук одновременно хватаются за штурвал. Каждый тянет в свою сторону - не для того, чтобы развернуть судно, а просто чтобы подержаться за руль. К тому же в борту уже хватает пробоин, паруса поставлены кое-как, а невнятные и противоречивые команды с капитанского мостика иногда выполняются, но чаще просто игнорируются матросами.
Анализировать курс подобного корабля - дело бессмысленное. Но именно этим занимается у нас большая часть политических комментаторов. В бессмысленных зигзагах российского правительственного судна они пытаются выявить некое направление.
Почему посадили Гусинского и почему отпустили?
Правительство защищает интересы олигархов или, наоборот, собирается воевать с ними?
Что происходит с «Норильским никелем»?
Кто контролирует Газпром?
Все эти вопросы, столь волнующие публику, на самом деле риторические. Власть сама не может организоваться и сформулировать свои приоритеты. Другое дело, что некий курс стихийно складывается. Просто потому, что корабль продолжает плыть - примерно по тому же направлению, по которому шел и раньше.
Проблема олигархического капитализма не может быть решена ни перераспределением собственности между олигархами, ни даже перераспределением власти между олигархами и чиновниками. Она носит структурный, даже системный характер. По этой же причине любая экономическая политика, проводимая Кремлем, обречена на провал, точнее - не будут достигнуты официально провозглашенные благие цели (хотя много конкретных лиц вполне могут решить свои проблемы).
Эволюция в сторону авторитаризма - не результат злого умысла ветеранов КГБ. Как раз наоборот - чекисты востребованы потому, что командовать государством с помощью привычных полудемократических методов становится все труднее. Система теряет управляемость.
Задним числом все принято объяснять идеологией, но на самом деле востребованными оказываются именно те идеи, которые в наибольшей степени соответствуют моменту.
Именно поэтому в 1917 году малочисленная партия большевиков взяла власть. Именно поэтому неорганизованные и некомпетентные «демократы» в 1989-1991 годах удалили от власти мощный аппарат КПСС.
Именно поэтому сегодня настало время людей в погонах.
Другой вопрос - что «победители» сделают со своей победой и друг с другом? Особенно когда эта победа остается условной и неполной.
В России классический «кризис верхов». Правящие круги не могут управлять по-старому. Но до революционной ситуации пока дело не дошло, и массы на власть не претендуют. А потому верхи сами должны разрешить собственный кризис. Авторитарная власть, мобилизация против «врага нации» - вот естественный рецепт.
Не ясно другое: кто будет врагом?
С чеченцами дела обстоят все хуже. Назначение «полевого муфтия» Кадырова главой администрации в республике было воспринято многими как проявление полной безответственности Кремля. Действительно, это назначение свидетельствует о полном отказе Москвы от попыток установить в республике какой-то порядок и хоть какую-то видимость законности. Ориентированные на Москву чеченские группировки в панике, ибо Кадыров и его окружение воплощают собой тот самый бандитизм, ради борьбы с которым Россия вроде бы начала вторую чеченскую кампанию.
Масхадов по крайней мере пытался - без особого успеха - остановить или хотя бы замедлить формирование бандократии в республике. При Кадырове бандитизм становится не просто практикой, но и идеологией. Многие «русские патриоты» в растерянности. Если мы сами привезли в Чечню муфтия Кадырова, чья ненависть к русским хорошо известна, за что, собственно, умирают российские солдаты?
Однако все это кажется странным, если верить лишь официальным декларациям. На самом деле это свидетельствует лишь о том, что Кремль впервые с лета 1999 года заинтересовался чеченским вопросом. Все предшествующие действия российской власти в мятежной республике никакого отношения к проблемам Чечни вообще не имели, они были подчинены исключительно одной цели - передаче власти в Москве. Теперь, когда, хотя бы формально, эта проблема решена, у кого-то из кремлевских политиков дошли руки до Чечни.
С этой точки зрения назначение Кадырова вполне логично.
