Орлов не понимает или не желает понять, что большевизм был порочен с самого своего зарождения, что нельзя творить зло и думать, что из него получится добро, что Ленин и Троцкий не меньшие преступники, чем Сталин, что Ленин ответствен за Сталина, и те, кто славословили в последние годы Сталина, были недалеко от истины, когда заявляли: "Сталин -- это Ленин сегодня".
* * *
Александр Орлов был участником гражданской войны -- он командовал партизанскими отрядами на юго-западном фронте и возглавлял там контрразведку. В течение двадцати одного года Орлов был членом коммунистической партии и видным сотрудником советской власти. Он был прокурором Верховного суда СССР, подвизался в ЧК, ГПУ и НКВД. Был экономическим директором НКВД, комбригом войск НКВД в
Закавказье и, наконец, главой контрразведки во время гражданской войны в Испании.
Орлов хорошо знал всех советских вождей, со многими из них находился в самых дружеских отношениях. Сталин его знал с 1924 года. Только ликвидация старых чекистов, свидетелей и участников сталинских преступлений, вынудила Орлова порвать со Сталиным и скрыться от его мести. Но и это он сделал, когда другого выхода у него уже не было, когда он окончательно убедился, что Сталин задумал его уничтожить.
Орлов находился еще на своем посту в Испании, когда получил 9 июля 1938 года телеграмму Ежова с вызовом в Антверпен для свидания "с товарищем, которого вы лично знаете" на борту парохода "Свирь". Телеграмма, пишет Орлов, была длинная и путаная. Ежов и его энкаведисты явно хитрили, но делали это неумело -- у них, замечает автор, не было опыта старых чекистов, которых они ликвидировали. "Они очень старались рассеять мои подозрения, но сделали это так плохо, что выдали себя. Я догадался, что судно станет моей плавучей тюрьмой".
Орлов ответил согласием приехать в назначенный день в Антверпен. Вместо этого он бежал с женой и дочерью в Париж, где, пользуясь своим дипломатическим паспортом, получил визу в Канаду. По счастливой случайности ему удалось в тот же день сесть на пароход, уходивший за океан, и таким образом обмануть сталинских молодцов.
Прибыв в Канаду, Орлов немедленно написал Сталину длинное письмо, копию которого он отправил Ежову. В письме этом Орлов сделал Сталину два предупреждения: если что-либо случится с оставшимися в СССР матерями его и жены, он немедленно опубликует все данные о преступлениях Сталина, перечень которых он тут же изложил; то же сделает его адвокат, если он, Орлов, будет убит сталинскими агентами.
"Я хорошо знал Сталина, -- пишет Орлов, -- и был уверен, что он серьезно отнесется к моим предупреждениям. То была опасная для меня и моей семьи игра. Но я был убежден, что Сталину придется отсрочить свою месть, пока ему не удастся меня похитить и принудить выдать спрятанные мемуары, чтобы таким образом предотвратить опубликование секретов его преступлений. Только тогда он мог бы расправиться со мной со свойственной ему мстительностью".
* * *
Интерес книги Орлова, однако, не в раскрываемых в ней тайнах сталинских преступлений. Одни из этих преступлений
внешнему миру в общем известны, а о других он догадывался. Интерес в другом.
До сих пор мы знали только показную сторону знаменитых процессов. Теперь мы получили возможность заглянуть за кулисы этих страшных спектаклей. Автор приводит нас туда и показывает, как, кем и с какой целью они были задуманы, как подготовлялись, как велись допросы и добывались сознания, как распределялись роли.
Мы узнаем, что и председатель суда Ульрих, и государственный прокурор Вышинский, и Ягода, и Ежов, и все их помощники были в сущности такими же пешками в руках главного режиссера и руководителя -- Сталина, как и сами подсудимые.
Орлов рассказывает обо всем этом не понаслышке, а как один из прямых или косвенных участников этих процессов.
"Я записал, -- пишет он, -- директивы, которые Сталин лично дал начальникам НКВД на совещании в Кремле; его инструкции следователям НКВД, как сломить упорство друзей Ленина и вынудить у них ложные сознания. Я зарегистрировал личные переговоры Сталина с некоторыми его жертвами и слова обреченных, произнесенные ими за стенами Лубянки. Я узнал эти строго охраняемые секреты от самих следователей НКВД; некоторые из них в прошлом были моими подчиненными. Среди них был и мой бывший помощник Миронов, глава экономического управления НКВД, который был одним из главных помощников Сталина в подготовке процессов, и Борис Берман, помощник начальника иностранного отдела НКВД".
* * *
Историю тайных преступлений Сталина Александр Орлов начинает с 1 декабря 1934 года. В этот день молодой вычищенный из партии коммунист Леонид Николаев застрелил в Смольном видного члена Политбюро и главу Ленинградского райкома С. М. Кирова.
О выстреле Николаева в свое время писалось немало. Но история убийства Кирова далеко еще не раскрыта. Достаточно напомнить, что официальные объяснения этого террористического акта были самые разноречивые.