«Поднимались из тьмы погребов…»
Поднимались из тьмы погребов.Уходили их головы в плечи.Тихо выросли шумы шагов,Словеса незнакомых наречий.Скоро прибыли толпы других,Волочили кирки и лопаты.Расползлись по камням мостовых,Из земли воздвигали палаты.Встала улица, серым полна,Заткалась паутинною пряжей.Шелестя, прибывала волна,Затрудняя проток экипажей.Скоро день глубоко отступил,В небе дальнем расставивший зори.А незримый поток шелестил,Проливаясь в наш город, как в море.Мы не стали искать и гадать:Пусть заменят нас новые люди!В тех же муках рождала их мать.Так же нежно кормила у груди…В пелене отходящего дняНам была эта участь понятна…Нам последний закат из огняСочетал и соткал свои пятна.Не стерег исступленный дракон,Не пылала под нами геенна.Затопили нас волны времен,И была наша участь – мгновенна.10 сентября 1904
«Я шел к блаженству. Путь блестел…»
Я шел к блаженству. Путь блестелРосы вечерней красным светом,А в сердце, замирая, пелДалекий голос песнь рассвета.Рассвета песнь, когда заряСтремилась гаснуть, звезды рдели,И неба вышние моряВечерним пурпуром горели!..Душа горела, голос пел,В вечерний час звуча рассветом.Я шел к блаженству. Путь блестелРосы вечерней красным светом.18 мая 1899
«Дышит утро в окошко твое…»
Дышит утро в окошко твое,Вдохновенное сердце мое,Пролетают забытые сны,Воскресают виденья весны,И на розовом облаке грезВ вышине чью-то душу пронесМолодой, народившийся бог…Покидай же тлетворный чертог,Улетай в бесконечную высь,За крылатым виденьем гонись.Утро знает стремленье твое,Вдохновенное сердце мое!5 августа 1899
Неведомому Богу
Не ты ли душу оживишь?Не ты ли ей откроешь тайны?Не ты ли песни окрылишь,Что так безумны, так случайны?..О, верь! Я жизнь тебе отдам,Когда бессчастному поэтуОткроешь двери в новый храм,Укажешь путь из мрака к свету!..Не ты ли в дальнюю страну,В страну неведомую ныне,Введешь меня – я вдаль взглянуИ вскрикну: «Бог! Конец пустыне!»22 сентября 1899
Моей матери
(«Спустилась мгла, туманами чревата…»)
Спустилась мгла, туманами чревата.Ночь зимняя тускла и сердцу не чужда.Объемлет сирый дух бессилие труда,Тоскующий покой, какая-то утрата.Как уследишь ты, чем душа больна,И, милый друг, чем уврачуешь раны?Ни ты, ни я сквозь зимние туманыНе можем зреть, зачем тоска сильна.И нашим ли умам поверить, что когда-тоЗа чей-то грех на нас наложен гнет?И сам покой тосклив, и нас к земле гнететБессильный труд, безвестная утрата?22 ноября 1899
«Ярким солнцем, синей далью…»