Лицо у нее было упрямое, она сжала губы, стиснула кулаки. Ящерица, ее деймон, сразу обзавелась брыжами и медленно растопырила их.
Уилл сказал:
– Хорошо, ладно. Только входим быстро, и ни звука, и делаешь то, что я говорю, сразу. Поняла?
Она кивнула и опять похлопала себя по карману – на месте ли лекарство.
Уилл проделал маленькое отверстие близко к земле, заглянул туда, потом быстро его расширил и сразу пролез на четвереньках в пещеру. Ама немедленно последовала за ним, так что в общей сложности окно оставалось открытым меньше десяти секунд.
Вместе с Бальтамосом, принявшим вид птицы, они присели за большим камнем, дожидаясь, когда привыкнут глаза к сумраку пещеры после яркого лунного света в другом мире. И звуков здесь было больше: главным образом это был шум ветра в деревьях, но сквозь него прорывался другой звук. Рокот дирижабля, и уже не очень далеко.
С ножом в правой руке Уилл осторожно поднялся на ноги и огляделся.
Ама и ее деймон-сова тоже крутили головами. Но Лиры не было в этом конце пещеры. Определенно. Уилл высунул голову из-за камня и долго внимательно смотрел на вход, где крепко спала миссис Колтер со своим деймоном.
Сердце у него упало. Там лежала и Лира, в глубоком сне, вытянувшись рядом с миссис Колтер. Очертания их тел сливались в темноте – понятно, почему он увидел ее не сразу.
Уилл тронул руку Амы, показав в ту сторону.
– Надо делать это очень осторожно, – шепнул он.
А снаружи что-то происходило. Рычание дирижаблей теперь было гораздо громче, чем шум ветра в деревьях, и по земле метались пятна света, пробившегося сверху сквозь ветви. Чем быстрее они вытащат Лиру, тем лучше, а это значит – броситься туда сейчас же, пока не проснулась миссис Колтер, вырезать окно, перетащить Лиру наружу и сразу закрыть.
Он прошептал это Аме. Она кивнула.
И когда он уже изготовился, миссис Колтер проснулась.
Она зашевелилась, что-то сказала, и золотая обезьяна тут же вскочила. Уилл видел ее силуэт в горловине пещеры: она стояла на задних лапах в настороженной позе. Тут же села сама миссис Колтер и загородила глаза от света снаружи.
Левой рукой Уилл сжимал запястье Амы. Миссис Колтер встала на ноги, полностью одетая, гибкая, бодрая, словно вовсе и не спала – а может быть, и правда, бодрствовала все это время. Она и золотая обезьяна стояли у выхода, прислушиваясь и наблюдая за тем, что происходит снаружи, – а там ревели моторы дирижаблей, лучи их фар метались по верхушкам деревьев, мужские голоса выкрикивали предостережения и команды. И все это означало, что действовать надо быстро, очень быстро. Не выпуская запястья Амы и глядя в пол, чтобы не споткнуться, Уилл, пригнувшись, бросился вперед.
И вот он уже возле Лиры, она спит крепким сном, и Пантелеймон обвил ее шею, и Уилл поднял нож, прощупывая им воздух, через секунду будет вырезано окно, и Лира будет спасена… Но он поднял глаза. Он посмотрел на миссис Колтер. Женщина молча обернулась, яркий свет с неба, отраженный мокрой стеной пещеры, упал на ее лицо, и на миг оно перестало быть ее лицом; это было лицо его матери, ее укоризненный взгляд, и сердце Уилла дрогнуло от горя; он ткнул ножом, но мысль его соскользнула с острия, он дернул рукой, раздался треск, и лезвие развалилось на части.
Обломки упали на землю. В руке остался только черенок.
Теперь они не могли выбраться наружу.
Он сказал Аме:
– Разбуди ее. Прямо сейчас.
И повернулся, готовый к бою. Сперва он задушит эту обезьяну. Он напружинился в ожидании ее броска и только тут вспомнил, что в кулаке зажата рукоять ножа – по крайней мере, ею можно ударить.
Но нападения не последовало – ни со стороны обезьяны, ни со стороны миссис Колтер. Женщина только чуть передвинулась, чтобы свет снаружи упал на пистолет, который она держала в руке. При этом свет попал и на Аму: она сыпала порошок на верхнюю губу Лиры и наблюдала, как Лира вдыхает его через ноздри, а чтобы помочь этому, придвигала порошок к ноздрям, используя хвост своего деймона как кисточку.
Уилл услышал, что шум снаружи переменился – к реву дирижаблей примешался новый звук. Знакомый, словно весть из его прежнего мира, – и он узнал его: это гремел вертолет. Потом стал слышен еще один, и еще, и все больше лучей обметало волнующиеся кроны деревьев, превращая лес в россыпь зеленых огней.
Услышав новый звук, миссис Колтер на миг повернулась в его сторону, но миг этот был слишком коротким, чтобы Уилл мог броситься к ней и отнять пистолет. Тем более что деймон-обезьяна не сводила с Уилла злобных глаз и сама готова была прыгнуть. Лира уже шевелилась и бормотала. Уилл наклонился и сжал ее руку, а деймон Амы расталкивал Пантелеймона, поднимал ему голову, что-то шептал.
Снаружи послышался крик, с неба упал человек и с отвратительным стуком ударился оземь в каких-нибудь пяти шагах от пещеры. Миссис Колтер не дрогнула; она хладнокровно взглянула на упавшего и снова повернулась к Уиллу. Через минуту наверху грохнул винтовочный выстрел, а еще через секунду выстрелы слились в сплошной грохот, небо озарилось трескучими вспышками, выбросами дульного пламени.
