Уилл коротко объяснил, чувствуя, как у него самого краснеют щеки от стыда, который, должно быть, испытывал ангел.
– Про него – отдельная история. Очень странная… Он много чего порассказал мне, и, кажется, я даже понял… – Уилл провел руками по волосам и потер глаза.
– Ты мне все расскажи. Все, что было с тобой с тех пор, как она меня захватила. Ох, Уилл, у тебя все еще кровь идет. Бедная твоя рука…
– Нет. Отец ее вылечил. Раны открылись, когда я ударил золотую обезьяну, но сейчас уже лучше. Он дал мне свою мазь…
– Ты нашел отца?
– Ну да, на горе, в ту ночь…
Он дал ей промыть раны и наложить свежей мази из костяной коробочки, а сам в это время рассказывал о том, что происходило: о схватке с незнакомцем, и как они узнали друг друга за секунду до того, как отца сразила стрела ведьмы, о встрече с ангелами, о своем путешествии к пещере и о знакомстве с Йореком.
– Столько всего случилось, а я спала, – изумлялась Лира. – Знаешь, мне кажется, она заботилась обо мне. Уилл… Я правда думаю… Я не думаю, что она хотела мне навредить… Она сделала столько плохого, но… – Лира потерла глаза. – Но во сне, Уилл… даже не могу передать, до чего странно! Вроде того, как с алетиометром: такая ясность, и все понятно до самой глубины, до дна, как будто все видно насквозь.
А во сне… Помнишь, я рассказывала тебе про моего друга Роджера, как его поймали Жрецы, и я поехала его выручать, но все получилось наоборот, и лорд Азриэл его убил?
Вот, я увидела его. Во сне его увидела, только он был мертвый. И он манил, звал меня, но я его не слышала. Он не хотел, чтобы я была мертвой, нет. Он хотел говорить со мной.
А ведь это я повезла его на Свальбард, где его убили, я в этом виновата. Я вспоминала, как мы играли в Иордан-колледже, Роджер и я, на крыше, в городе, на рынках, на реке и на Глинах… Мы с Роджером и остальные ребята… Я поехала в Больвангар спасать его, а сделала еще хуже, и, если не попрошу прощения, тогда вообще все зря, это только пустая трата времени. Понимаешь, я должна это сделать, Уилл. Я должна пойти в страну мертвых, найти его и… и сказать: прости. Мне все равно, что потом будет. Тогда мы сможем… я смогу… Неважно, что потом.
Уилл сказал:
– А это место, где мертвые… Это – мир, вроде здешнего, или моего, или твоего, или какого-нибудь другого? Туда можно попасть с ножом?
Лиру поразила эта мысль.
– Ты можешь спросить, – продолжал он. – Спроси, где он и как туда попасть.
Она склонилась над алетиометром, потерла глаза и, приблизив лицо к циферблату, быстро заработала пальцами. Ответ появился через минуту.
– Да, – сказала она, – но это странное место, Уилл… Такое странное… Неужели нам удастся? Неужели сможем пройти в страну мертвых? Только… в каком виде? Ведь деймоны исчезают, когда мы умираем… я видела… а наши тела, они лежат в могиле и гниют, так ведь?
– Значит, должна быть какая-то третья часть. Другая.
– Знаешь, – взволнованно сказала она, – наверное, это так! Потому что я могу думать о своем теле и о своем деймоне – значит, должна быть еще какая-то часть, которая думает!
– Да! Это – дух. Глаза у Лиры горели.
– Может, мы вызволим дух Роджера. Может, удастся его спасти.
– Может быть. Надо попробовать.
– Да. Так и сделаем! – подхватила она. – Пойдем вместе!
Но если не удастся починить нож, – подумал Уилл, – мы вообще ничего не сможем сделать».
Когда в голове прояснилось и живот немного успокоился, Уилл сел поудобнее и окликнул маленьких шпионов. Они были неподалеку и возились с каким-то миниатюрным аппаратом.
– Кто вы? – спросил он. – И на чьей вы стороне?
Мужчина закончил свои манипуляции и закрыл деревянную коробочку, похожую на футляр для скрипки, но длиной с грецкий орех. Первой заговорила женщина:
– Мы – галливспайны. Я – дама Салмакия, а мой спутник – кавалер Тиалис. Мы шпионы лорда Азриэла.
Она стояла на камне в трех-четырех шагах от Уилла и Лиры, и луна ярко освещала ее фигуру. Голос ее был тих, но очень внятен, а лицо выражало уверенность. На ней была свободная юбка из какой-то серебристой материи и зеленая блузка без рукавов, а ноги со шпорами – босые, как и у мужчины. Он был в одежде такой же расцветки, но с длинными рукавами и в широких брюках, достававших до середины икры. Оба – сильные с виду, ловкие, безжалостные и гордые.
– Из какого мира вы пришли? – спросила Лира. – Я никогда не видела таких, как вы.
– В нашем мире те же неприятности, что и у вас, – сказал Тиалис. – Мы изгнанники. Наш вождь, лорд Рок, услышал о восстании лорда Азриэла и торжественно пообещал, что мы его поддержим.
– А что вы хотели сделать со мной?
– Доставить тебя к отцу, – ответила дама Салмакия. – Лорд Азриэл выслал отряд под командованием короля Огунве, чтобы спасти тебя и мальчика и обоих привести в крепость. Мы здесь для того, чтобы помочь в этом.
– Ну, а если я не хочу к отцу? Если я ему не верю?
– Мне грустно это слышать, – сказала она, – но таков наш приказ: доставить вас к нему.
