— Да, но так не будет вечно. Полулюди могут сражаться и суетиться, но в конце концов обречены на вымирание. Пусть пройдут десятки тысяч лет. Мы можем подождать. А когда они вымрут, мы, соляриане, полноценные, совершенно свободные, обретем всю Галактику. И сможем присоединить к нашей планете любую, какую пожелаем.
— А эта история о Земле, — вмешался Пелорат, нетерпеливо щелкая пальцами, — та, что вы нам рассказали, — легенда или правда?
— Кто может сказать наверняка, получеловек Пелорат? Вся история — легенда, более или менее.
— А что говорят об этом ваши записи? Мог бы я просмотреть их, Бандер? Пожалуйста, поймите меня. Легенды, мифы, древние сказания — моя специальность. Я — учёный, это предмет моих исследований, и в особенности — всё, имеющее отношение к Земле.
— Я просто повторяю то, что слышал. — Бандер пожал плечами. — Никаких записей об этом нет. Наши записи касаются только Солярии, а другие планеты упоминаются в них постольку, поскольку имеют к нам какое-то отношение.
— Но Земля наверняка имела к вам отношение.
— Может быть. Но если и так, то было давным-давно, а из всех планет Земля нам была наиболее неприятна. Если у нас и были когда-то какие-то записи о Земле, уверен, они уничтожены в порыве отвращения.
Тревайз сердито скрипнул зубами.
— Неужели вы сами уничтожили записи?
Бандер обернулся к Тревайзу:
— Кроме нас некому.
Пелорат не пожелал оставлять тему разговора.
— Что ещё вы слышали о Земле?
Бандер ненадолго задумался и ответил:
— В молодости я слышал от робота историю о землянине, который посетил Солярию, и о солярианской женщине, которая улетела с ним и стала важной фигурой в Галактике. Однако, по-моему, эта история — выдумка.
— Вы уверены? — Пелорат закусил губу.
— Как тут можно в чём-то быть уверенным? Тем более что это почти немыслимо — чтобы землянин осмелился явиться на Солярию и чтобы Солярия допустила такое вторжение. Ещё менее вероятно, что солярианка — мы тогда, правда, были полулюдьми, но это всё равно — могла добровольно покинуть нашу планету. А теперь пойдёмте, я покажу вам мой дом.
— Ваш дом? — удивилась Блисс. — Разве мы не у вас дома?
— Не совсем. Это всего лишь прихожая. Зал связи. Здесь я вижу других соляриан, когда мне необходимо. Они появляются на экране или в трёхмерном изображении перед экраном. Эта комната — своего рода место встреч и не является частью моего дома. Следуйте за мной.
Бандер зашагал вперёд, не оборачиваясь. Четыре робота вышли из своих ниш, и Тревайз понял, что, если он и его спутники не пойдут за Бандером по доброй воле, роботы вежливо, но настойчиво заставят их это сделать.
Блисс и Пелорат поднялись с пола. Тревайз шёпотом спросил у Блисс:
— Ты заставляешь его говорить?
Блисс сжала его руку и кивнула.
— Я ещё не уверена в его намерениях, — тревожно прошептала она.
Все трое последовали за Бандером. Роботы выдерживали корректную дистанцию, но их присутствие постоянно ощущалось.
Шагая по длинному коридору, Тревайз уныло пробормотал:
— Здесь нет ничего, что помогло бы нам в поисках Земли. Я уверен. Всего лишь очередная вариация на тему радиоактивности. — Он пожал плечами и добавил: — Мы должны отправиться туда, куда указывает третий набор координат.
Через некоторое время они подошли к двери, за которой оказалась небольшая комната.
— Входите, полулюди, — произнес Бандер, — я хочу показать вам, как мы живем.
— Он радуется, как мальчишка, — прошипел Тревайз. — Так и хочется врезать ему как следует.
— Держи себя в руках. Не впадай хоть ты в детство, — предостерегающе проговорила Блисс.
Следом за Бандером все трое вошли в комнату. За ними последовал один из роботов. Солярианин жестом отослал остальных прочь. Дверь закрылась.
— Лифт, — радуясь сделанному открытию, проговорил Пелорат.
— Верно, — подтвердил Бандер. — С тех пор как мы ушли под землю, мы, как правило, не поднимались на поверхность. Да, собственно, и не хотели, хотя я нахожу приятным время от времени видеть солнечный свет. Я не люблю облачную погоду, не люблю оставаться ночью под открытым небом. Возникает такое чувство, что ты под землей, хотя на самом деле это не так — если вы понимаете, что я имею в виду. Что-то вроде обмана зрения, и мне это очень не нравится.
— На Земле люди тоже строили подземелья, — сказал Пелорат. — Стальные пещеры — так они называли свои города. И Трентор в старые имперские времена большей частью тоже строился под землей. А на Компореллоне строительство под землей идет и сейчас. Это общая тенденция, пожалуй, и…
— Полулюди, роящиеся под землей, и мы, живущие в великолепном уединении, — далеко не одно и то же, — оборвал его Бандер.
— На Терминусе, — вставил Тревайз, — жилые здания расположены на поверхности.
— И подвергаются воздействию погоды, — добавил Бандер. — Крайне примитивно.
Поначалу Пелорату показалось, что лифт падает, но вскоре это ощущение исчезло. Интересно, подумал Тревайз, как глубоко мы опустились? — но тут внезапно возникло краткое чувство, словно их прижало к полу, и дверь кабины открылась.
