— Есть основания отдать предпочтение ей. Прежний директор Танаяма намеревался отправиться туда, но я должна заметить, что неподалеку от Солнца есть и более интересные звёзды. Сириус всего в четыре раза дальше, но возле него учёные смогли бы исследовать белый карлик.
— Доктор Уэндел, лично я тоже считаю, что целью первого полёта должна стать Звезда-Соседка, но руководствуюсь иными причинами, чем Танаяма. Представим себе, что вы совершили путешествие к далекой звезде… и вернулись. Каким образом вы сможете доказать, что побывали возле неё?
Уэндел казалась озадаченной.
— Доказать? Я вас не понимаю.
— Я хочу спросить, как вы сможете опровергнуть обвинения в фальсификации полёта, как вы докажете, что совершили его?
— В фальсификации? — Уэндел в негодовании вскочила. — Это оскорбление.
Голос Коропатского вдруг стал властным:
— Сядьте, доктор Уэндел! Вас ни в чём не обвиняют. Я просто моделирую ситуацию и стараюсь заранее предпринять необходимые меры. Человечество вышло в космос три века назад. История ещё не забыла обстоятельств этого события, на родной мне части земного шара его помнят особенно хорошо. В те туманные дни, когда первые искусственные аппараты покидали тесные земные пределы, находились люди, которые утверждали, что все результаты, полученные спутниками, подложны. Фотографии обратной стороны Луны тоже объявляли поддельными. Даже подлинность первых снимков Земли из космоса оспаривалась теми немногими, кто ещё считал Землю плоской. Так и теперь: если Земля объявит, что овладела сверхсветовым полётом, ситуация может повториться.
— Почему же, директор? Почему нас непременно заподозрят во лжи?
— Доктор Уэндел, дорогая моя, вы просто наивны. Целых три столетия Альберт Эйнштейн считался полубогом, сотворившим космологию. Сколько поколений заучивало эти слова: скорость света нельзя превысить. И его почитатели легко не сдадутся. Вы нарушаете принцип причинности — а что может быть фундаментальнее? — ведь у вас причина опережает следствие. Это с одной стороны. Ну а с другой, доктор Уэндел, политические соображения могут заставить поселения убедить свой народ, а заодно и землян в том, что мы лжем. Это может помешать нам — придётся ввязаться в полемику, потерять время — тем самым они получат шанс догнать нас. Повторяю, я хочу знать, возможно ли каким-нибудь образом доказать, что подобный перелет действительно совершен?
— Директор, после возвращения мы представим корабль на обследование учёным, — ледяным тоном ответила Уэндел. — Дадим некоторые пояснения относительно основных принципов…
— Нет-нет-нет. Пожалуйста, не продолжайте. Результаты осмотра могут быть убедительными лишь для учёных, обладающих вашей квалификацией.
— Хорошо, мы доставим обратно фотографию неба, на котором ближайшие звёзды расположены чуть иначе. По изменению относительных положений можно будет определить, где именно в окрестностях Солнца мы побывали.
— Этот аргумент может убедить только ученого — но с точки зрения обычного человека…
— Тогда сделаем точные снимки той звезды, возле которой побываем. Она совсем не похожа на Солнце.
— Подобные штучки давно научились делать в голофантастике. Можно позаимствовать прямо из сериала. Скажем, из «Галактического капитана».
— Ну что ж, — процедила Уэндел сквозь зубы, — другого способа я не знаю. Кто не верит — пусть не верит себе на здоровье. Вообще — это ваше дело. Наука здесь ни при чем.
— Ну-ну, доктор, не сердитесь, пожалуйста. Вспомните: когда семь с половиной веков назад Колумб возвратился из своего странствия за океан, его никто не заподозрил в мошенничестве. А почему? А потому, что он привез с собой туземцев, жителей островов, на которых побывали мореплаватели.
— Прекрасно, но с первого же раза отыскать обитаемый мир, да ещё привезти с собой образцы… На это почти нет надежды.
— Ну не совсем так. Как вы знаете, мы предполагаем, что с помощью Дальнего Зонда Ротор обнаружил Звезду-Соседку и только после этого оставил Солнечную систему. Ротор не вернулся, и не исключено, что они остались возле этой звезды. Там их и будем искать.
— Так считал и директор Танаяма. Однако путешествие с гиперприводом длилось не менее двух лет. Несчастный случай, технические сложности, психологические проблемы — что угодно могло помешать им. Может быть, они не вернулись именно поэтому.
— Тем не менее, — настойчиво продолжал Коропатский, — я не исключаю, что они там.
— Даже если они там, Ротор должен находиться на орбите звезды, поскольку пригодных для обитания планет там и быть не может. Если психологические неурядицы не остановили их ещё по дороге, они не замедлят появиться теперь. Кто знает, может быть, вокруг нашей ближайшей соседки кружит лишь мертвое поселение.
— Вот видите, значит, нужно лететь к ней, разыскать Ротор, живой или мертвый. В любом случае с Ротора можно привезти нечто такое, что заставит всех поверить, что вы побывали возле звезды и вернулись. — Он широко улыбнулся. — Тогда даже я поверю. Вот такую я ставлю перед вами цель, ради достижения которой Земля отыщет для вас и средства, и ресурсы, и людей.
