Три романа под одной обложкой!Пара для альфы медведейМир перевернулся в мгновение. Я узнала, что муж изменял, познакомилась с загадочным мужчиной, который оказался… оборотнем. Они существуют! Как выяснилось, я тоже не совсем человек, к тому же пара для медведя и аурного дракона… Прекратите драться из-за меня, животные! Я сама сделаю выбор! Главное спастись…Истинная для ДикогоМир перевернулся с ног на голову с момента, когда на трассе встретилась… с ним. Красивым, хищным и загадочным медведем-оборотнем. Оказывается, они существуют и живут среди нас! И пошло-поехало. Мой брак, который и раньше трещал по швам, кажется, начал окончательно превращаться в трагикомедию. Брр… Выяснилось, что и я тоже оборотень. Аурный дракон – нэнги. А у моего знакомца медведя есть тайна, которая может встать между нами…Пара для медведя-одиночкиОн медведь одиночка и привык жить один. Выполняет задания организации, которую многие оборотни ненавидят и презирают. Так он и нашел ее. И теперь не может больше один, но и с ней – никак. Она замужем и у нее сын. Да и помощь ей будет стоить ему свободы. А ведь он так хотел найти убийцу сестры…Муж обидел меня перед Днем Рождения. Я ушла куда глаза глядят и… чуть не оказалась в больнице с пневмонией. Но очнулась в чужом доме, рядом с незнакомцем. Выяснилось, что я – аурный оборотень. Мой зверь – призрачный дракон. И этот мужчина так обо мне позаботился, что сам подставился под удар. Я вернусь домой, но смогу ли его забыть? А самое ужасное – нас связала давняя трагедия.
– Поселение верберов? Посреди города? Ты уверен, что это хорошая идея? – Феликс уставился на старинного друга, скрестив руки на груди.
Герман усмехнулся.
– Это хорошее место. В центре, да не в центре.
– Это еще как?
Герман прошелся по своему рабочему кабинету. Типичному для начальника оборотня. Большой дубовый стол, стеллажи с книгами и банками с флешками. Компьютер великанских размеров и кресло, в самый раз для медведя.
– Слушай. Нам давно пора объединить племя в одном месте. Живем разрозненно. Кучками в поселках вокруг города. Если нужен общий сбор – два дня ждем, пока все найдут время. А тут – свистнул – и все на месте.
– Под носом у людей? – вскинул бровь Феликс.
– Ничего не под носом! Эта часть поселка обособленная, огорожена и уже охрана выставлена. Рядом большой лес. Причем, часть его обнесена бетонной стеной.
– Зачем?
– А-а-а! – отмахнулся Герман. – Собирались возле поселка строить многоэтажки. Огородили местность, пригнали строительную технику. А потом выяснилось, что места заповедные и ничего вырубать там нельзя. Техника уехала, стена осталась. Гуляй не хочу. Все лучше, чем в лесу, где грибники и деревенские бродят. Большей частью алкаши, которые потом рассказывают, что им волколаки и прочая нечисть мерещится… А еще всякие дачники из садов захаживают.
– Стена так и стоит?
– Да. И уже снабжена камерами, устройствами для оповещения. Если кто чужой заглянет на территорию, вы узнаете сразу же и будете настороже. Лес заповедный. Животных там для охоты полно.
– Вот только охота там, небось, запрещена!
– Дак ты не стреляй. С каких пор тебе нужно оружие для охоты, Фел?
Феликс покачал головой. Не нравилась ему идея отгрохать поселок для оборотней прямо на виду у людей. В центре города. Рядом с коттеджным поселком, популярном у человеческих чиновников.
Техника техникой. Тут все на высоте, Феликс не сомневался. Но дурные люди все равно могут зайти. Впрочем… Сейчас это уже не редкость. Придется пользоваться прибором для стирания памяти. Деваться некуда.
– Ладно. Поеду посмотрю, – согласился Феликс. – Но ты не думаешь, что два альфы на один поселок многовато?
– Нет. Тимур сказал, что готов стать твоим бетой. Так что ты – главный.
Герман улыбнулся.
Новый глава ВАО – всемирной ассоциации оборотней – знал свое дело. И пока его решения только радовали. Феликс помнил друга детства еще совсем смешным медвежонком, которого любил повалять в снегу. Что в человеческом обличье, что в зверином. А вот теперь Герман контролирует почти все племена двусущих на Земле. Волков, верберов, лис, пантер.
– Ладно. Сейчас и поеду.
Феликс не любил откладывать. Сразу запрыгнул в свой внедорожник и поехал по адресу.
…Человеческий поселок выглядел непривычно для оборотня. До этого он жил на окраинах, где поселки больше походили на деревеньки. Здесь же все делалось с размахом и одновременно с какой-то почти жадной аскетичностью.
Маленькие участки, где едва развернешься. Даже пару кроссоверов на некоторых не поставить. Зато большие и дорогие дома. Бассейны во дворах, качели, столы и беседки. И почти никаких нормальных садовых участков.
Ни тебе качественных грядок, ни ухоженных плодовых деревьев. Про малинники или посадки смородины, крыжовника и прочего вообще речи нет. Так, редкие кустики вдоль забора. Курам на смех!
Город. Что б его!
Феликс ехал, оглядывая местность, когда краем глаза заметил стройную спортивную фигурку женщины на краю дороги. Или девушки?
Она выглядела как женщина без возраста. Гибкая, с красивым чеканным профилем, огромными глазами цвета темного янтаря и аккуратными, но одновременно сочными губами.
В горле резко пересохло, тело напряглось, словно вербер планировал погоню.
Стало одновременно горячо и холодно.
Феликс понял, что едва дышит, а бой сердца в ушах заглушает какую-то старую песню по радио.
Моя… почему-то пронеслось в голове.
Кто и что она оборотень не думал. Только стучало в висках «Моя». И зверь внутри довольно рычал, просясь на волю…
Феликс поздно сообразил, что не справился с поворотом, машину занесло и он ударил по тормозам.
Визг тормозов раздался справа, зашипели на асфальте колеса…
Я отскочила от дороги, словно ошпаренная, стараясь не увязнуть во влажной газонной траве.
Джип окатил меня облаком пыли. Вот спасибо! А то я душ-то давно не принимала…
Все в нашем поселке было хорошо.
Ни тебе соседей, которые включают под полом музыку и отмечают сто пятую свадьбу, которая «ведь только раз в жизни». Ни тебе пенсионеров с перфоратором за стеной, которые, по старой советской привычке, встают в пять утра и идут «к станку»… То бишь сверлить, дубасить молотком ваши общие стены.
Ни тебе ЖЭУ, которое собирает на квартплату вдвое больше, чем стоят коммунальные услуги…
Ни даже веселых компаний подростков, которые ночью пьют и обжимаются под окнами.
