Проснись, и я покажу тебе все чудеса и тайны, как обещала когда-то.
Проснись, и мы вместе будем пить сладость этих тайн.
Проснись! Я люблю тебя. Звезды сияют нам с неба. Я все еще чувствую на языке твой вкус. Но солнце скоро взойдет. Проснись, и мы с тобой побежим по улицам, через город, через весь мир, – в новую жизнь. Проснись, проснись, проснись!
Точно не помню, сколько мне было лет, когда я впервые прочла «Кармиллу» – готическую новеллу Джозефа Шеридана ле Фаню. Но едва ли больше тринадцати, потому что как раз в тринадцать я перелопатила все книги про вампиров, какие только смогла раздобыть, и написала длиннющее, полное примечаний эссе, которое требовалось для перехода из средних классов в старшие. И «Кармилла» навсегда осталась со мной как важнейший, определяющий элемент моего личного вампирского мифа. Недавно я ее перечитала и с изумлением обнаружила, как же она похожа на сказку – мрачную и зловещую, но совершенно волшебную! А каким потрясающим языком она написана! Все эти жаркие губы и томные, полные вожделения глаза! Именно то, за что я в свое время и влюбилась в вампиров. Мне всегда хотелось понять, как могла бы выглядеть эта история с точки зрения самой Кармиллы, и вот наконец я попыталась пересказать старую сказку от ее лица.
«Земляные фигуры» (1921). Джеймс Брэнч Кейбелл, американский писатель из Ричмонда (штат Виргиния), сочинял свои изысканные и поэтичные сказки в эпоху Фолкнера, Хемингуэя и Фицджеральда. Поэтому неудивительно, что имя его прогремело на всю страну лишь однажды – когда цензоры усмотрели непристойность в его романе «Юрген» и Кейбеллу пришлось предстать перед Верховным судом по обвинению в нарушении общественных приличий. Пока длился судебный процесс, имя Кейбелла и впрямь было у всех на устах. Но его утонченные авантюрные романы, проникнутые мягкой эротикой и повествующие о таинственных волшебниках и богах, на смену которым приходят другие божества, еще более могущественные, так и не пришлись по вкусу широкой публике и остались уделом редких ценителей и знатоков. Роман «Земляные фигуры», открывающий его цикл сказаний о свинопасе Мануэле, напоминает огромный разноцветный ковер, в узорах которого бесчисленные любовные приключения переплетаются с рыцарскими подвигами и странствиями. По завету своей матери Мануэль старается создать из любого подручного материала прекрасную статую, которая стала бы совершенным образом его собственного «я».
Кейбелл жил и творил много лет назад, но его непреклонная убежденность в том, что никому не дано по-настоящему постичь волю своих богов и предназначение миров, ими созданных, усмиряет мое самомнение и помогает вкладывать во все мои грандиозные идеи понимающую, ироническую улыбку.
«Земляные фигуры»
Много жизней назад, поднимаясь на борт последнего парома на Титан, Бенефиций Пейдж вспоминал тот первый и единственный раз, когда ему довелось влюбиться.
Он был тогда женат на женщине по имени Куртуаза Спул, из Ново-Нью-Йоркских Спулов, семейства выдающегося и бесконечно могущественного. Его патриарх, Омнином Спул, председательствовал в Комитете по надзору за поведением, то есть занимал самый влиятельный пост во всей Североамериканской республике – влиятельнее даже самого президента, ибо именно этот комитет занимался подведением итогов жизни, нарушениями закона и заявлениями на Перенос. Если Омнином поворачивался к кому-то темной стороной – пиши пропало, можешь прощаться с жизнью.
