Сор Окчу машинально подметала пол. Вдруг она вспомнила о дорожке для трюмо, которую она вышивала в свободные минуты в подарок семье Ди Рёнсока. Она выдвинула ящик письменного стола, достала оттуда вышивку, старательно сложила, завернула в бумагу и протянула девочке.
— Сунъи, передай это, пожалуйста, своей маме.
— Спасибо, Окчу. Передам.
— Ну, а теперь иди домой. До свидания.
Отправив девочку домой, Сор Окчу быстро прошла к письменному столу и распечатала конверт. Крупным, размашистым почерком Гу Бонхи писала:
«Здравствуй, дорогая Окчу!
Как ты поживаешь там одна? Ох я и плакала, когда узнала, что ты без надежды оставила Дин Юсона и уговорила уехать его мать. Подумала даже, что ты все-таки черствый человек. Теперь я снова вижу тебя такой, какой знала на фронте. Здесь о тебе хорошо вспоминают, говорят, что у тебя на роду написано делать людям добро. Дин Юсон после возвращения от тебя стал совсем другим человеком. Сейчас он продолжает свои исследования. Ему очень помогает Чо Гёнгу, наш новый заведующий отделением.
Радуйся, дорогая Окчу! Упорство Юсона увенчалось успехом. Благодаря ему мы нашли метод, как вылечить Хван Мусона, а значит, и тебя. Больше, чем кто-либо, этому радуется сам Юсон. И я спешу сообщить тебе эту новость…»
Слезы застилали глаза Сор Окчу, буквы перед глазами расплывались, и она, закрыв лицо руками, расплакалась. «Юсон все-таки добился своего. О, Юсон, какой ты молодец! А я ничем так и не смогла помочь тебе…» Не вытирая слез, Сор Окчу продолжала читать дальше. Гу Бонхи сообщала подробности проделанной Дин Юсоном работы, перечисляла трудности, с какими ему пришлось столкнуться в ходе проведения опытов, подчеркивала значение, которое имеет научное открытие врача.
«Теперь, дорогая Окчу, уже осталось ждать совсем недолго. Скоро решится вопрос о применении новой методики операции на человеке. Конечно, оперировать животных и людей — это не одно и то же. Очевидно, впереди еще будут трудности. Ведь даже первая операция новым способом на человеке тоже будет своего рода экспериментом. Кого будут оперировать первым, еще не ясно. Правда, по настойчивой просьбе Хван Мусона оперировать, вероятно, будут его. Кандидатуру его в общем утвердили, но сейчас его общее состояние не очень хорошее. Поэтому решили подождать, когда ему станет лучше. Тем временем опыты на животных продолжаются. Я убеждена, теперь результаты будут хорошие. Когда все станет ясно, за тобой приедет либо Юсон, либо я. Успокойся и жди нас.
Сор Окчу задумалась. Итак, скоро предстоит первая операция новым способом на человеке, и первым, кто ляжет на такую операцию, будет Хван Мусон. Она долго сидела задумавшись, потом потерла виски и заново стала читать письмо.
Наступило время ужина, надо было идти в столовую, а подруги по комнате не возвращались. Потом Сор Окчу вспомнила, что у медицинской сестры сегодня ночное дежурство, а у девушки-токаря — первая ночная смена, и она вернется не раньше полуночи.
