– Вы хорошо умеете держать секреты и водить за нос, в отличие от Поттера.
– Гарри - хороший хранитель тайн.
Северус хмыкнул и отошел к камину, а Гермиона смотрела на задумчивого профессора и ждала продолжения разговора.
– В следующий раз, когда доверите Поттеру сердечную тайну, потребуйте от него Непреложный обет!
– Что Вы сказали?
Сердце Гермионы замерло, а из глаз предательски потекли слезы. Она надеялась, что он шутит, но, когда их взгляды встретились, она поняла, что Снейп более чем серьезен. Девушка тут же метнулась к двери, но Снейп был хитрее. Он выхватил палочку и запечатал дверь.
– Нет! – Гермиона уперлась головой в дверь. – Выпустите… - плача, она сползла по двери на пол.
Девушка видела, что тень профессора нависла над девушкой, но не ожидала, что он опустится на колени и обнимет ее. Она вцепилась пальцами в его сюртук и заплакала пуще прежнего.
– Не плачь из-за того, что я узнал правду, Гермиона. Он хотел, чтобы ты обрела покой.
– А кто сказал, что он мне нужен… Простите меня, прошу…
Без слов он заставил ее поднять голову и посмотреть на него. Девушка хотела отвести взгляд, но что-то не позволяло. Мужчина провел рукой по ее щечке, вытер слезы и нежно коснулся ее губ своими.
Гермиона опешила. Она не понимала, что происходит, но поцелуй углублялся. Ей так хотелось, чтобы это была правда, а не успокоительная мера, и она ответила.
Почувствовав отдачу, Северус прижал ее к себе еще сильнее, а поцелуй стал более страстным, исполненным сильным желанием.
– Гермиона, это взаимно, но я бы никогда не сказал тебе этого.
– Почему?
– Я для тебя слишком стар, - она улыбнулась.
– Это решать не тебе.
Он снова нежно поцеловал ее, поднялся на ноги и поднял ее, держа за руки. Девушка прижалась к любимому и не хотела от него отходить. У Северуса было много вопросов, но сейчас объятия нужны были и ему. Вот так, обнявшись, они простояли несколько минут.
– Девочка моя, я должен знать правду.
– Какую? – она отстранилась от него. – Я расскажу тебе все, что…
Договорить ей не дали. Северус приложил палец к ее губам, и девушка умолкла.
– Не спеши давать обещания.
– Мне нечего от тебя скрывать.
– Хорошо. Я исследовал мазь всю ночь. Знаешь, что я обнаружил в составе? – девушка сглотнула и кивнула. – Кровь! Чья она?
Гермиона отошла от Северуса и, глядя на пламя, что-то вспомнила.
– Я хочу, чтобы ты понимал – я не предавала никого! Я всегда оставалась на стороне добра! – после этих слов у Северуса замерло сердце. – Гарри поверил, что яд Нагайны я похитила из больницы, все поверили. Все поверили, что я придумала зелье. Я же умная, вот только не гений… Догадался, чья кровь?
– Волан-де-Морта! – отчеканил Северус и опустился в кресло.
Девушка посмотрела в глаза любимого и увидела удивление, но не презрение.
– Он решил спасти меня? Почему?
– Убить тебя он решил намного раньше, но, когда в школе залез всем в голову после твоего побега, в моей голове он нашел кое-что поинтереснее самого Гарри Поттера. Он не объяснил ничего, только попросил выйти от остальных и послушать его. Не знаю почему, но я его послушалась. Когда мы остались наедине, он спросил, сильно ли я тебя люблю. Готова ли бросить всех ради предателя и быть с ним вместе, если судьба уничтожит Гарри. Я люблю Гарри, Северус! Люблю! – он улыбнулся. – Но тогда я поняла, что, если есть шанс быть с тобой, я его не упущу. Я сказала, что готова бросить всех ради тебя и стать предателем. Этого никто не знает.
– Странно, что он среагировал на любовь.
– Я тоже так подумала, - она присела возле Северуса и взяла в руки его правую ладонь.
Северус сжал ее руку, дав понять, что он выслушает ее, поймет, презирать не станет, и эта тайна умрет с ним.
– Он сказал, что ты умрешь. Умрешь от яда Нагайны. Сказал, что так нужно. Приказал не плакать, а внимательно его слушать. Он дал время подумать школьникам, будет ли война. За это время он приготовит мазь против яда и оставит ее в Воющей Хижине возле искусственного огня. Объяснил, как она работает и как понять, готова ли мазь к применению. Сказал, что оставит мне мазь, свою кровь на три баночки мази, на случай, если первые две не помогут. Как в воду глядел, - отметила Гермиона. – Сказал, что это буду видеть только я. Я спросила, почему он помогает грязнокровке. Он ответил, что оставит два свитка. В первом – рецепт мази, во втором – его история любви.
– Любви? – Северус удивился. – Разве Темный Лорд умел любить?
– Я тоже хотела знать правду. Теперь знаю – любил. Она училась на Гриффиндоре и была, как я. Ее звали Лианна. На своем факультете ее не особо любили, но Тому Реддлу она показалось интересной. Они общались втайне ото всех, чтобы ее одногруппники еще сильнее не стали издеваться над ней. Они любили, Северус. Было время, что он забыл о злобе, но в конце пятого курса он нашел ее мертвой, а злодея так и не нашли. Уже в следующем году он выпустил Василиска! Он хотел уничтожить грязнокровок, чтобы сердце не болело. И он забыл, за что возненавидел таких, как я. Забыл, что умел любить, пока не залез в мою голову.
– Он не считался с любовью.
