И все же нельзя было просто сидеть и смотреть друг на друга. Более того, она страстно желала, чтобы Рай отвел взгляд. Дьявольское очарование его глаз может свести с ума кого угодно, думала она, ощущая предательское головокружение. А что, если она и впрямь влюбится в него? Она чувствовала исходящий от него магнетизм, словно их не разделяло пространство массивного письменного стола. Разве способна женщина сохранять самообладание в присутствии мужчины, вызывающего у нее столь недвусмысленную реакцию? И откуда только это взялось? Ведь, в первый раз встретив Рая, она едва обратила внимание на его мужские достоинства, а теперь только об этом и думает. Господи, и за что ты послал мне это испытание?
- Я полагал, вам будет интересно узнать, как прошел сегодняшний день, сказал Рай. В его глазах мелькнуло любопытство. Он никак не мог взять в толк, что с ней происходит.
- Надеюсь, все прошло, как.., как и планировалось. - Она пыталась придать своим словам убедительность и мысленно поморщилась, так как они, напротив, прозвучали довольно фальшиво. Она прочистила горло и сделала еще одну попытку:
- Я уверена, что все прошло хорошо. Не вижу оснований в этом сомневаться. Кэл справился со своим заданием. Разве что-нибудь случилось?
- Насколько мне известно, ничего, - ответил Рай, удивившись ноткам паники в ее голосе. - Я полагал, вы будете рады узнать об этом.
- И вы пришли сюда лишь по этой причине? - Довольно слабый предлог для встречи, не так ли? Ее щеки вновь запылали, и она в смущении поспешила добавить:
- Я действительно рада, что все прошло успешно. Спасибо, что сообщили мне.
Рай, кажется, начинал понимать, что происходит с Диной. Выбранный им предлог для встречи явно неубедителен, но если бы он не интересовал ее как мужчина, то она не смущалась бы, а сердилась, во всяком случае была бы недовольна...
Он пересел на свой обычный стул, вполне удовлетворенный своим диагнозом. Так они и сидели друг против друга, чувствуя взаимное притяжение и не предпринимая никаких мер к сближению. Они ведь не дети, тогда зачем обманывать друг друга? Он ее не боится, но боится ли она его? Возможно, пришло время раскрыть карты...
- Вы ведь понимаете, что я пришел сюда не затем только, чтобы сообщить, что все в порядке, правда? - мягко заметил он. - Нетто уже спит, работники в бараке - тоже. Почему же вы до сих пор на ногах? Почему не сплю я? Дина поежилась.
- Решили загнать меня в угол? - спросила она тихо.
- Вы так считаете? - спросил Рай. - Прошу прощения. Я никогда не желал и не желаю загонять вас в угол. - Он помолчал. - Но я думаю, нам необходимо поговорить. Дина, вам известно, что я вижу, глядя на вас?
Все ее сегодняшние фантазии не смогли подготовить ее к этому моменту. Подобная беседа должна была бы состояться в полумраке какого-нибудь кафе или в машине, припаркованной в безлюдном уютном местечке, когда на небе сияет полная луна, а из приемника доносится нежная, романтичная музыка, но никак не в этом угрюмом кабинете с разделяющим их массивным столом...
Она нервно прочистила горло:
- Рай, разве я давала вам повод думать.., хм.., я хочу сказать.., давала ли я повод к такому вопросу? - Она боялась взглянуть на него.
- Не думаю, что мы давали друг другу какие-то поводы, - во всяком случае, сознательно, если не считать того поцелуя, который, по моему мнению, застиг врасплох нас обоих. Разве я не прав?
- Вы правы. И это придает вашему вопросу еще более.., пугающий смысл. Она по-прежнему не смотрела ему в глаза.
- Значит, вас пугает то, что происходит между нами. Дина, я потрясен не меньше вас. Думаю, вы этого не замечали, потому что с тех пор мы старались вести себя так, будто того поцелуя не было. Но вы не ответили на мой вопрос.
Дина сделала глубокий вдох:
- Не сомневаюсь, что вы видите то же самое, что и я, когда смотрюсь в зеркало.
- То есть?
- Хотите, чтобы я описала свою внешность?
- Да - с вашей точки зрения. Она коротко и натянуто усмехнулась:
- Рай, это глупо. Он ухмыльнулся:
- Может, и так, но, знаете, в вашем присутствии я всегда чувствую себя немного глупо. По-хорошему глупо. Так, как я не чувствовал себя уже в течение многих лет. Я хотел бы, чтобы вы это знали. - Он надолго погрузился в молчание, а затем тихо произнес:
- А сейчас я больше всего на свете хочу поцеловать тебя...
Он впился взглядом в ее лицо, и она вновь не смогла отвести глаза. Она видела, что чувства, читающиеся в его глазах, не фальшивы. Она смотрела, как он встает и медленно обходит вокруг стола. Ее сердце бешено стучало.
- Дина, ты само совершенство, - сказал он, разворачивая ее кресло, беря ее за руки и поднимая на ноги. - Ты так прекрасна...
- Нет.., не правда, - хрипло шепнула она.
- Нет, правда. Ты - необыкновенная, чудесная женщина... - Его голос становился все более низким и хриплым. - Разве я не прав?
