- Я скучала, - произнесла эриса тихо, присаживаясь на край стола побледневшего мужчины. - Родители словно с ума сошли с этой учёбой. Никакого продыха.
- Мирель, - механическим тоном отозвался хвостатый, - мы уже об этом говорили.
- Ты же понимаешь, я не отступлю, - очень тихо прошептала она. - Я люблю тебя, я хочу тебя.
Эр был уже не просто бледным, он аж посерел весь. Невольное сочувствие всколыхнулось в душе. Слишком хорошо я знаю, каково это, когда что-то говоришь, а тебя упорно не желают слышать. Пусть даже красноглазый один из таких вот «глухих».
- Ты зря теряешь время, - прохрипел мужчина.
- Посмотрим, - мурлыкнула эриса. - Я дам тебе время свыкнуться с мыслью, что мы предназначены друг другу. А пока, не проводишь меня домой? Мало ли что может случиться с одинокой девушкой на улице? Обещаю вести себя прилично.
Айлир метнул в меня взгляд полный отчаяния. Он искал выход из ситуации и не мог его найти. Боялся грубо отказать дочери начальника, но совершенно не желал проводить с ней время. Я не обязана была помогать ему. Более того, имела полное моральное право насладиться его страданиями за всё, через что прошла по его вине. Но что-то не давало мне так поступить. Проклятая мягкосердечность!
- Ист Айлир, простите, что вмешиваюсь, - произнесла я, - но ист Ястон ждёт отчёты по запросам посещения Империи через час.
Ложь. Но надеюсь он не растеряется и поймёт мой посыл.
- И правда, - пробормотал эр. - Мирель, я бы с радостью, но сама понимаешь…
- Да, - коротко бросила девушка. - Что же, вызову машину.
С мрачным выражением на личике эриса направилась к двери. Однако прежде чем выйти, посмотрела на меня так, что я осознала - нам не стать подружками. В фиолетовых глазах светилась самая настоящая ненависть. Вот как оно бывает, решила помочь не самому приятному мужику и сходу обзавелась недоброжелательницей.
- Спасибо, - услышала я тихий голос эра.
Впервые за всё время знакомства, Айлир смотрел на меня без презрения, неприязни или издёвки. В его глазах светилась искренняя признательность.
АЙЛИР
Брови мрачно нахмурены, зрачки превратились в тонкие ниточки - всё это ярко-выраженные свидетельства недовольства отца. Под этим его «фирменным» взглядом, уверенность в себе сделала ручкой и я снова ощутил себя неопытным, провинившимся юнцом.
Как я и ожидал, родитель довольно быстро прознал о том, что я воспользовался вакциной-подавителем притяжения к той, на кого сработал инстинкт. О подобных происшествиях всегда информировали главу рода. И вот, узнав о том, что я умудрился на чужой планете встретить избранницу, отец поспешил связаться со мной. Одного взгляда на родное лицо было достаточно, чтобы понять - он зол. И это неудивительно, учитывая, что здесь нет и быть не может эрис из хороших семей, только инопланетянки. Но когда он прознал к кому именно я ощутил постыдное притяжение, и вовсе впал в ярость. На краткий миг даже пожалел, что не солгал, но тут же отбросил подобные кощунственные мысли. Врать отцу казалось почти преступлением, как и противиться его воле. Впитанная с пелёнок иерархия давала себя знать.
- Надеюсь, ты понимаешь, что подобное совершенно не допустимо? - резанул ледяной голос родителя. - Я не позволю так опозорить наш род и никогда не приму инопланетную уродку в нашу семью, даже в гарем одной из многих, не говоря уже о том, чтобы смешивать с подобной девкой нашу кровь.
Я и сам не стремился подчиняться проклятому инстинкту, не желал связывать свою судьбу со смеской. Но на какой-то миг стало даже обидно за девчонку. Отец готов был плеваться только услышав про её происхождение, всё остальное его не интересовало. А эта Ева, как бы меня это не злило, была довольно сообразительной. Да и решительности ей не занимать. Интересно, если бы она была, например, чистокровной землянкой или лиминой, реакция была бы столь же остро негативной?
Тьфу! О чём я думаю? Ни о каких серьёзных связях с девицами Федерации не может быть и речи! Для рождения потомства мне подойдёт только эриса из знатного рода, и никак иначе.
- Я это прекрасно понимаю, - отозвался я ровно.
- Да? - прошипел отец. - Тогда почему она по-прежнему, насколько мне известно, продолжает работать в посольстве?
- Я хорошо себя контролирую, - фыркнул в ответ.
- И тем не менее, она опасна, - отрезал папа. - Избавься от неё.
- Как? - тяжёлый вздох вырвался сам собой. - Я пытался. Увы, она слишком хорошо знает своё дело.
- Значит плохо пытался! - рыкнул родитель. - Сделай это, или этим займусь я.
Табун ледяных мурашек пробежал по спине. Мне ли не знать как категоричен может быть отец? А его методы бывают порой, несколько… избыточными.
- Отец, я не думаю… - начал было я.
- Твоё дело не думать, а подчиняться! - рявкнул он на меня. - Я всё сказал. Действуй.
