И я уже была готова встать и идти, тем более что все начали собираться, никому не хотелось оставаться на ночь в лесу.
Кто-то предположили, что примерно через пару часов должен поехать следующий дилижанс и можно было бы дождаться
Дилижансы ходили по расписанию и наш вроде бы был не последний. Но уверенности в том, что следующий дилижанс отправится с последней остановки, чтобы только к ночи доехать до Шантильи, не было.
Никто из нас точно не знал расписание, поэтому всё-таки решили идти, даже, если мы ошиблись и дилижанс всё-таки поедет, то он нас нагонит. Поэтому идти решили по дороге, риск встретиться с бандитами был минимальный, скорее всего они уже находятся далеко отсюда.
И наша «группа» побрела по дороге. Я порадовалась, что вещей у меня с собой не было, потому что глядя на «упитанное» семейство, которое попыталось забрать весь свой багаж, а это было несколько больших чемоданов и баул, но оказалось, что кроме самого главы семейства никто из них не в состоянии передвинуть тяжёлые чемоданы, не то что поднять их и нести.
Тогда «упитанный» господин обратился к оставшемуся в живых охраннику, с просьбой помочь им за определенную плату. Охранник оглядел багаж, и кивнул на два, среднего размера, чемодана. После, толстяк и охранник долго торговались, но в конце концов сошлись и, охранник подхватил эти два чемодана и пошёл вслед за семейством.
За «упитанным» семейством шли монахини, а мы с пожилой парой не спеша двинулись вслед за всеми, замыкая эту странную процессию…
По дороге мне удалось поговорить с пожилой женщиной, которую звали мадам Дижо, а её мужа соответственно господин Дижо. Проживала пожилая пара в столице, а в Шантильи ехали навестить детей и внуков.
Я спросила:
— Мадам Дижо, я откуда вы узнали, что я могу помочь с дверью?
Мадам Дижо улыбнулась:
— Я видела, как ты применяла магию, чтобы расширить слуховое окно, благодаря твоей магии, выпал пистоль из руки бандита. Поверь у тебя очень сильный дар. Такой бывает только у аристократов. Но ты, я вижу к ним не относишься, если только, прости, кто-то в родне не «согрешил», получив в дар, магию для своего ребёнка.
— Но почему заметили только вы? — я недоумевала, как получилось так, что я вообще не чувствую магию, когда я её применяю. Ведь должно же быть что-то, как в книжках, которые я любила почитать на досуге, под очередную баночку с мороженным. Должен быть какой-то источник, маг к нему обращается и бац, готово волшебство.
Мадам Дижо улыбнулась:
У моей матери была такая магия, её называют бытовой. Бытовые маги могут воздействовать на предметы. И тут уже зависит насколько силён маг. У кого магия проявилась совсем чуть-чуть, могут разве что убрать пыль в доме, те кто посильнее, могут вот как ты и дом разрушить, и огонь потушить
Я смутилась:
— А почему разрушить? А построить я могу?
— Да, — снова улыбнулась мадам Дижо, — конечно, можешь, именно за это и ценится этот дар, за его созидательную силу.
— А зарабатывать на такой магии можно? — снова спросила я, уже представляя себе, как открываю кабинет и беру заказы на строительство, уборку, и золотые монеты, которые я ещё не видела в этом мире, начинают «течь рекой». На кабинете табличка:
Но мои приятные размышления прервала следующая фраза моей новой знакомой:
— Но иметь такую магию очень опасно, по всему Королевству всегда разыскивают бытовых магов. И, если у тебя бы была даже хотя бы четверть от того, что есть сейчас, то тебя бы точно уже увезли в королевский дворец или отдали бы в услужение какому-нибудь другому аристократическому роду из богатых.
На этих словах мадам Дижо остановилась, дождалась, когда идущие впереди нас монахини отойдут подальше и продолжила:
— И они, стараясь всеми силами удержать тебя, постарались бы привязать тебя к роду. Возможно, нашли бы какого-нибудь захудалого родственника, и выдали бы тебя замуж. Оттуда уже не вырваться.
— А если дар слабый, тогда как? — спросила я, вспоминая, что у Мари Фантен, прежней владелицы этого худенького тельца, как раз был очень слабый дар.
— Если дар слабый, тогда могут обязать постоянно сдавать магию сливая её в специальные артефакты, изготовленные из теона.
Грустно вздохнула и добавила:
— К примеру, это пришлось делать моей матери, отчего, я считаю, она и умерла гораздо раньше.
Я испуганно взглянула на мадам Дижо. Какая-то нелицеприятная картина поучается. Если ты сильный маг, то будь добр служи аристократам, а если слабый, то отдавай всё, что есть, и умирай рано.
Вслух же я спросила:
— Но как же? Либо «в рабство», либо умирать?
Но мадам Дижо объяснила мне, что рабством это сложно назвать, потому как магу стараются создать благоприятные условия, чтобы он не захотел никуда уезжать. А наоборот захотел остаться и рожать одарённых детей. Но при этом, конечно, максимально стараются лишить его свободы выбора.
А насчёт ранней смерти, это было предположение мадам Дижо.
