От поэтессы – до бизнес-леди, вяло стучавшей в двери.
Если уж Бог испытывает – значит, не так слаба!
Значит, ещё не до земли от отчаяния свисла челка с моего лба;
Значит, зАмки пора выстраивать каменные, а не ныть у столба:
Мол, жизнь бьёт, нищета задолбала, не любима, зависти много во мне и одиночества…
Будьте прокляты все: род, от которого я пошла, друзья, творчество!..
«Недополозковщина», «слёзодавильная и безграмотная деревенщина» – так называют меня великие литераторы;
Ухмыляясь, проходят мимо начальники, алкоголики и желающие подняться злобные узурпаторы;
Но, как доложили мои небесные информаторы,
Скоро я умру – и от меня ничего не останется:
Тело ещё лет шестьдесят будет ходить по земле, а душа навсегда развалится.
© Copyright: 18 августа 2016
Иногда, мой друг, наступает время
Самодостаточности, эмоциональной зрелости –
И простые вещи больше не радуют нас.
Остывая ко всем, ко всему, даже к любимому цвету глаз,
Предпочтем хорошую скидку нежности –
И за это достойными нас посчитает племя!
Загнобившие наши таланты, мой друг,
Привлекательность ищут
В нашей обычности.
До смешного в нас мало осталось от личности!
Только нам вдруг звонят, повсюду кличут –
Ни заплакать толком, ни закричать, мой друг.
Эти метаморфозы
Отнюдь не редкость:
Настоящих не признают – так оденем маску!
Поиграем в актеров, в сказку…
Нам за преклонение головы бросят кость;
За бездарное, но раскрученное – подарят розы.
Нет, мой друг, я походу с ума сойду,
Если стану такой же,
Как серо-спящая людская масса!
Если местом моей работы останется касса –
Напишу и прочту стихи, ведь Бог мне
Намекнул, что верной дорогой иду.
*
Ей тридцать восемь. Она верит в чудеса.
В обнимку с дочкой смотрит старые фильмы.
Муж много работает; устают руки, мышцы, глаза –
Разогреет ужин, обнимет с ухмылкой ведьмы.
Ей на работу к восьми.
Каждый день новый похож на прошлый.
Ей не нравятся разговоры о кулинарии, о шмотках, о том, что происходит с детьми –
Коллекционирует книги; читая стихи, выглядит пошлой…
Ей хочется иногда целоваться подолгу,
Романтики, безделушек и комплиментов –
Но он очень занят, серьезен, подчинен деньгам, семье, долгу;
С досады ест шоколад (в награду – пару кило и столько же сантиметров).
Ей даже удастся счастливой смотреться;
Реализоваться как мама, жена и личность.
Но сердцу, душе нечем, кроме любви, согреться!
И позабыть об её отсутствии не помогут статус, ученая степень и вся наличность.
Оля Донна 2016
Как ты пишешь книгу мою, Всевышний?
Как могу я просить и верить?
Не понять своей цели в жизни,
Поддавшись боязни. Сам себе – и господин, и нищий.
Я могу и купить, и померить,
И сам выбираю: выступать на концерте или на собственной казни.
Объясни мне, как открыть
Все двери,
Для которых ты сам – замок.
Научи меня рыть,
Как звери,
Себе яму – а выбираясь, извлечь урок.
Светом тёплым шептал
Рассвет золотой:
«Ты запутался и устал,
И на сложный вопрос был ответ
Донельзя простой».
Ты – сам Всевышний себе,
И враг,
И любимый друг.
Не мешай же своей судьбе
Столь опасный пересекать овраг
И уверенно прошагать свой путь до царя от слуг.
© Copyright: Оля Донна, 2015
Кайся, мальчик, я не спасу тебя – Бог спасёт.
Таких, как я и ты, наперечет:
Видишь, ими мостят дорогу до рая,
Их мечтами – дорогу до ада?..
Мне от тебя ничего не надо:
Твоя любовь для меня вода святая,
Живой целебный источник, бескрылый полёт;
Эта любовь воскресит меня, а потом убьёт –
И я пойду с обезображенным сердцем к хирургу:
«Вырежьте его, я больше так не могу:
Он мерещится мне повсюду!..».
Доктор ответит: «О’кей, милочка. Я помогу».
Не успели мне дать наркоз –
Как ты перебил их всех. Ты целуешь мне руку – и мы уходим; чувствую, как горю от макушки до кончиков пальцев;
И ты пахнешь так, как не пахнет тысяча роз!..
Ты свободнее и свирепее, чем дракон – но ты не любимец глянца.
Я успокаиваю демона песней – только внутри у тебя их сотни:
Они танцуют и треплют мне волосы, их смех похож на страшные вопли.
Как же сильно я тобой дорожу!..
Не раскаяться в этом ни богу, ни дьяволу, ни ножу.
Мой судья внутри всегда за работой, ведь я полна вины.
От твоих тихих глаз прекращаются три мировые войны.
Мой любимый впервые живёт в каждой клетке моей души и тела.
Ты – погибель моя, но я счастлива до беспамятства… До беспредела!..
V 8.04.2017 Оля Донна
Она фотографирует детей, любуется на Питер белыми ночами,
Грустит по папе с мамой, глядя на фото, в комнате, украшенной свечами.
Надует губки, улыбнётся – так красива!..
Одна из тех, из-за которых я терплю бездушность мира.
И каждое мгновенье с ней подобно чуду:
Как если у детей в руках по сладкой вате и по паре игрушек для выдувания мыльных пузырей.
Скажите, как её мне не любить?! Как я её вообще забуду?!
Ведь лишь она мне помогает находить ключи от всех дверей.
Она уже близка к мечте:
Любовью наполнять весь свет!
В мирской тоскливой маете
Она поделится теплом с жителями всех планет;
Учится новому, не стоит на месте девушка со смолянисто-черною косою;
С утра, где-то в двенадцать, умывается оставшейся росою.
Однажды в путешествии мужчину встретит –
Появится любовь, семья, дом и, конечно, дети.
Пусть реже станут встречи, от которых светимся –
