Это основы нашей нравственности. Аристотель приходит к выводу, что «мы судим о человеке, каков он, на основании его выбора. Тут подразумевается “ради чего он действует”, а не “что он выполняет”». Эту идею Аристотель иллюстрирует на примере глубоко поразившей его истории трагического героя Пелия – царя, убитого собственными дочерями. Волшебница Медея убедила Пелиад, что кипящее варево в ее котле сможет вернуть молодость их одряхлевшему отцу, и даже в подтверждение своих слов омолодила таким способом барана на глазах царевен. Пелиады посовещались и решили, из лучших дочерних побуждений, опираясь на полученный эмпирический опыт, разрубить Пелия на куски и сварить в котле. Царь не ожил. Однако, совещаясь, Пелиады могли бы задуматься о том, какие цели преследует Медея (она хотела заполучить трон Пелия для своего мужа), и, взвесив все, наверняка не поддались бы на уговоры.
Аристотель рекомендует основывать свои цели – пусть нелегкие, но достижимые и соизмеримые с вашими возможностями и ресурсами – на благих намерениях. Систематически продумывайте точный порядок действий, который приведет вас к этим целям. Сравните разные пути достижения и выберите один (такой выбор Аристотель обозначает термином
Аристотель видит тесную связь между взвешенным рассуждением и причинно-следственными отношениями: если мы продумали, как достичь цели, мы стремимся к ее достижению более настойчиво. Насколько он замечает, люди, почти не склонные взвешивать и обдумывать, импульсивны, легковозбудимы и не имеют четких жизненных целей. Кроме них есть довольно обширная категория людей, которые продумывают все достаточно грамотно, однако им не хватает дисциплины, чтобы довести начатое до конца и пройти намеченный путь целиком.
На их месте, конечно, бывал каждый. Сколько людей 1 января принимают взвешенное решение сесть на диету, пить меньше спиртного, ходить в спортзал – но не могут продержаться даже до конца февраля? Временами любой из нас оказывается аристотелевским «невоздержанным, который не способен придерживаться того, что решил». То есть, по крайней мере в данном случае, применительно к здоровому образу жизни, мы уподобляемся «государству, которое принимает добропорядочные законы, но не следит за их исполнением».
Непосредственному обдумыванию и взвешиванию предшествует еще один этап: необходимо разобраться, действительно ли у вас есть выбор. Как выразился философ и педагог Джон Дьюи (во многом пребывавший под влиянием Аристотеля): «Правильная формулировка задачи – это уже половина решения». Иногда у человека нет никакого простора для маневра – если он, допустим, оказался заложником. Бывают обстоятельства, когда выбор вроде бы есть, однако в действительности верность принципам нас этого выбора лишает. Здесь Аристотель приводит пример, заставляющий задуматься о порядках и нравах при македонском дворе, насаждаемых деспотичными правителями: когда тиран захватил ваших родных и грозится убить их, если вы не выполните по его велению нечто вам противное, выбора у вас нет. В данном случае Аристотель ставит жизнь близких выше любых принципов. Меня это обнадеживает, учитывая, что однажды мне пришлось попасть на прием в больнице без очереди – в обычных обстоятельствах я такого себе никогда не позволяла, но тогда у меня на руках была серьезно заболевшая полуторагодовалая дочь. Я перечеркнула свои принципы – уважение к занявшим очередь прежде меня – ради ребенка и стыдилась своего поступка, но Аристотель открыто заявляет, что к постыдным действиям, предпринятым для спасения жизни детей, не стоит подходить с «нормальной» меркой. Потерю ребенка он причисляет к обстоятельствам, «которых никто не мог бы вынести».
Когда на одной чаше весов находится человеческая жизнь, а на другой – имущество, здравомыслящим людям случается действовать наперекор общепринятым нормам. Допустим, ваш корабль попал в шторм и все находящиеся на борту рискуют погибнуть – станете вы вопреки обычной логике обращения с вещами выкидывать их за борт, чтобы спастись? «Так поступают все разумные люди», – утверждает Аристотель в Книге третьей «Никомаховой этики». Ему вряд ли понравилось бы поведение пассажиров самолета компании British Airways, загоревшегося 8 сентября 2015 г. на взлетной полосе Лас-Вегаса. Когда прозвучала команда срочно покинуть салон, многие кинулись доставать вещи с полок для ручной клади, теряя время и задерживая эвакуацию.
