Аристотель, вне всякого сомнения, любил театр, музыку и изобразительное искусство. В своих трудах он то и дело упоминает певцов, хоры, арфистов, танцовщиков, поэзию и поэтов, скульптуру и художественные ремесла. О благотворном влиянии искусств на общество он знал не понаслышке. Когда в 48 лет он перебрался в Афины, основанный им Ликей расположился ближе к афинскому театру Диониса на южной стороне Акрополя, чем платоновская Академия. Афины оставались признанным центром театральных зрелищ – любой желающий заявить о себе на подмостках неизменно устремлялся в Афины, как сегодня любой желающий пробиться в мире кинематографа устремляется в Голливуд. Легко можно представить, как Аристотель шествует спозаранку с Теофрастом и учениками в центр города вместе с остальными гражданами и жителями Афин – смотреть трагедии и комедии в святилищах и театрах Диониса, а затем увлеченно анализирует увиденное, шагая обратно в Академию с наступлением темноты. Афинские спектакли разыгрывались не только для того, чтобы покорить публику, но и чтобы повысить ее когнитивный, нравственный и политический уровень и способствовать тем самым благополучию и процветанию города.
Сейчас то и дело вспыхивают дебаты о границах допустимого и приемлемого для демонстрации в телепрограммах, фильмах и спектаклях. Прямой и косвенной цензуре подвергались (и по законам многих стран подвергаются до сих пор) насилие, непечатная лексика, откровенные сцены, нагота. Скандальное «Житие Брайана по Монти Пайтону» (Monty Python's Life of Brian, 1979) обвиняли в богохульстве; показанный в 1987 г. на «Канале 4» фильм, в котором Тони Харрисон читает свое гениальное, но полное бранных слов стихотворение «V.», был раскритикован консервативной
Аристотель первым из философов принялся отстаивать образовательную ценность искусства. Он доказывал, что при демократии ответственность драматургов и сочинителей музыки настолько велика, что их следует назначать на государственные должности, выше которых окажутся лишь жреческие. Даже послы и глашатаи будут уступать им в статусе. Примеры из мифов, знаменитых театральных постановок и эпических поэм Аристотель часто приводит не только в работах, посвященных этике. В своем рассуждении о чертах характера как избытке или недостатке определенных качеств он во многом опирается на стереотипы из современных ему комедий. Живи Аристотель в наши дни, он, несомненно, без устали читал бы художественную литературу и смотрел фильмы и телепередачи, черпая оттуда иллюстрации для своих умозаключений. Он первым из мыслителей привел доводы в пользу познавательного потенциала художественных сюжетов и театральных зрелищ, поэтому и к кинематографу многие современные и относительно современные философы применяют не что иное, как переработанные аристотелевские концепции.
Вальтер Беньямин, в частности, полагал, что искусство, прежде всего кинематографическое, способно расширить наш нравственный и социально-политический кругозор. Айрис Мердок, Марта Нуссбаум и Пол Кан доказывали, что философские идеи, особенно этические, находят наиболее полное и доходчивое выражение вовсе не в научных трудах, а в произведениях искусства, демонстрирующих проявление этих идей в конкретных жизненных ситуациях и потому оказывающих более сильное эмоциональное воздействие[29].
Сегодня подлинное искусство намного доступнее, чем во времена Аристотеля, когда театральные зрелища разыгрывались лишь в период празднеств, между которыми проходило по нескольку месяцев. Благодаря интернету выбирать фильмы, спектакли, книги и телепередачи для себя и детей стало как никогда просто, и, наметив себе программу высокопробных развлечений, мы можем день ото дня становиться счастливее и мудрее. Истинно демократичным видом искусства по-прежнему остается кино, поскольку фильмы можно почти бесплатно смотреть дома и даже на больничной койке: моему близкому другу, умиравшему от рассеянного склероза и уже почти полностью утратившему подвижность, ощутимо скрасила последние дни коллекция фильмов на DVD-дисках.
