Пока я смеюсь, искренне и заливисто, его взгляд от печали перерастает сначала в удивление, затем во что-то умиленно-покровительственное и, наконец, сам анималар начинает улыбаться.
— Поверьте в меня, Деримэйр. — Я резко наклоняюсь через стол и касаюсь его руки. — Пожалуйста. А я пообещаю, что если у меня будут каки-то проблемы, то сразу свяжусь с вами и попрошу помощи, ведь, знаю, что теперь я не одна.
Он накрывает мою руку своей, кажется, окончательно смиряясь с тем, что эта странная атилийка, все равно поступит так, как она хочет.
Ранним утром, лорда Тар-Лирина выходят провожать, наверное, все обитатели поместья. Здесь же присутствуют и я с учителем, и леди Арглая, и Дилира, которая так и не покинула дом Тар-Лиринов, не смотря на холодное отношение к ней Деримэйра. Она пытается подойти к нему, коснуться, но он лишь обходит ее, кивает матери, на которую, кажется, до сих пор держит обиду за ее выходку с нарядом для бала, подходит ко мне и целует в лоб.
— Береги себя! — Сжимая меня за плечи, тихо, но как-то безнадежно, произносит он. — И сразу пиши мне, если что. Нет, пиши мне каждый день!
— Каждый день будет затруднительно.
— Тэль!
— Я постараюсь, делать это так часто, как представится возможным.
Тяжелый взгляд, как будто сейчас этот мужчина предает кого-то важного, окидывает меня напоследок, и анималар вскакивает в седло.
Уезжает он, не оборачиваясь. А я, какое-то время, стою и думаю, что все-таки заняла маленький кусочек сердца грозного анималара. Да, ни как женщина, с которой хотят быть всю свою жизнь. Но как та, к кому он с первого для относился с нежностью и заботой. Может когда-нибудь он посмотрит на меня иначе? Когда я стану чуть взрослее и превращусь из шестнадцатилетнего подростка в молодую красивую женщину? Пф, о чем я думаю? Его совесть, долг и честь не позволят ему подойти ко мне, зная, что он не сможет подарить мне нормальной семьи…
Арглая и Дилира демонстративно игнорируя меня входят в дом, а за ними тянутся слуги, кроме моей старшей горничной. Учитель же, который лишь посмеивался, глядя на старания дам, предлагает мне локоть:
— Я так понимаю, вы тоже не хотите задерживаться в Галарде?
Я, все еще провожая взглядом свекровь с ее протеже и памятуя об их довольных лицах а-ля “всем воздается по заслугам”, хмыкнула:
— Разумеется. Сегодня последние приготовления. К тому же, нельзя расстраивать леди, и глупой атилийке пора убраться в то село, в которое ее сослали.
Учитель смеется, и мы вместе спешим в дом. Действительно, пора начинать новую главу в моей жизни.
Дорога ужасна. Во всех смыслах. Едва мы отходим от центральной провинции Империи, видимость поддержания дорог заканчивается. Мощенные дорожки, на которых еле разъезжаются две кареты плавно перетекали в грунтовые дороги с множеством колдобин и рытвин. В карете я терплю лишь два дня. Срываюсь и изъявляю желание начать учиться сидеть верхом. К тому же, считаю, что для меня это не будет сложным делом, ведь прошлая Тэль в седле держалась превосходно.
Ошибаюсь. Все болит и ноет так, что хочется просто лечь и помереть. Но, нет уж! Это все равно лучше, чем трястись в карете. К тому же ошибки учтены, раны смазаны, перчатки надеты…
Двигаемся мы медленно и очень-очень большой компанией. Муж выделил мне охрану из двадцати одного гвардейца, которыми руководил немолодой, но по уверениям мужа, очень опытный и преданный ему маг, прошедший с ним последнюю войну. И не пожалел ведь! Хотя я отлично понимала, как ему нужны верные и преданные люди в Дараке. Но, он был не преклонен! Поэтому господин Хардин Даргас клятвенно обещался беречь юную жену лорда Тар-Лирина пуще зеницы ока.
Помимо охраны, учителя и меня, с нами едут несколько обозов с продовольствием, скотом и строительными материалами. И, разумеется, люди, согласившиеся начать новую жизнь в графстве Эшарат: три мужчины, нанятые заботиться о животных, молодой агроном — младший сын разорившегося барона, который жил последние годы чуть ли в впроголодь, так как его знания и умения в столице никому особо были не нужны, две молодые девушки — на должность моих горничных, так как из поместья Тар-Лирин я никого не захотела брать, и, конечно, лекарь. Молодая магичка Лирта, недавно выпустившаяся из университета, но так и не сумевшая найти работу. Сирота, которая лишь к совершеннолетию поняла, что в ней есть способность управлять карралитами и поступившая лишь по сиротской льготе, сумела развить свой дар не так уж и сильно, но зато я своими глазами видела, как она бросилась на улице к мужчине, которому стало плохо. Подобная самоотверженность и великолепные знания использования растений для лечения заставили меня ни минуты не сомневаться и предложить ей работу. А уж дар она разовьет, стимул я ей дам. Обязательно.
