– Это твой замок.
Он больше не слушал, мысленно перебирая возможные сценарии. Случилось что-то плохое. Он чувствовал это.
– Могу помочь?
– Похоже, мне придется расхлебывать самому.
– Я могу составить тебе компанию.
Едва ли он слышал, снова отвлекшись на свои мысли.
Они вернулись домой. Она пошла на кухню и закрыла за собой дверь. Он помялся и пошел за ней.
– Джинни, я, наверное, не смогу сыграть роль хозяина сегодня вечером.
– Мы справимся без тебя. Собаки и я великолепно примем всех сами.
– У тебя нет килта.
– У меня нет и титула, у собак тоже. Постояльцы хотят видеть графа Данкернского, но сегодня им придется довольствоваться портретом. Это не вертолет прилетел?
Так и есть. Он кивнул и пошел посмотреть, как тот будет садиться.
Он был прав, когда волновался. По жесткому выражению лица Элспет он заключил, что дела плохи, и повел ее в дом.
– Принести чаю? Джинни могла бы приготовить.
– Не хочу беспокоить твою жену. Она в курсе дел?
– Нет.
– Тогда пусть так и будет. Чем меньше людей знают об этом, тем лучше. Аласдер, это Дон.
– Дон? Бабушкин друг? Какого черта.
– Ты знаешь, что твои бабушка и дедушка ему полностью доверяли? В прошлом месяце ты попросил провести проверку счетов, потому что бабушка предусмотрела, чтобы все счета фирмы без исключения проверялись. Только те счета, которые проходили через ее офис, не подвергались проверке. И теперь, похоже, ты прав в своих подозрениях. Ты много лет удивлялся, откуда «Антика корпорейшн» узнает о наших планах. Они же не ясновидящие. От них делались переводы прямо на банковский счет Дона.
– Неужели!
– Ну, не совсем. Он не мог, налоговики бы поймали его, поэтому они проводили наличные через счета компании. До смерти Эйлин приказы всегда проводились Доном, может быть, потому, что бабушка и дедушка ему доверяли. Поэтому финансовые сделки Дона проверяются впервые. Он прятал концы невероятно изобретательно. Пришлось проверять и перепроверять, но в конце концов все выяснилось, осиное гнездо было обнаружено. Речь идет об инсайдерных торговых операциях. Дон покупал акции компаний, с которыми мы вели дела, на деньги из благотворительных фондов Эйлин. Там столько всего. Аудиторы собираются вызывать полицию и хотят поговорить с тобой, но я подумала, будет лучше, если я поговорю с тобой первой.
Она видела, как они ушли.
– Я вернусь через пару дней, – кратко сообщил побледневший Аласдер.
– Что случилось?
– Это не имеет к тебе никакого отношения. Извинись за меня перед гостями.
Отлично! Жизнь продолжается. Она ему не нужна.
Джинни поприветствовала гостей. Вывела собак на прогулку. Приготовила обед и заставила себя поесть. Его лицо продолжало стоять у нее перед глазами. И появились сомнения.
Она думала, что замужем.
Нет. Она пыталась притворяться, что замужем, но он уехал с каменным лицом. Ясное дело, он чем-то обеспокоен.
– Пока он не вернется и не расскажет мне обо всем…
Джинни знала, что этого не случится.
Реальность все-таки снова вмешалась в мечту.
Никакого брака не существовало.
Потом последовал жуткий, отвратительный, душераздирающий скандал. Хорошо, что Эйлин не могла уже этого видеть. Аласдер не станет привлекать Дона к ответственности. Это ослабило бы компанию, а хуже всего то, что это разрушило мир, которому он доверял.
Не доверяй никому.
– Слава богу, у меня есть Джинни. Слава богу, я могу вернуться к ней, доверять ей. Единственный выход – разделить эти два мира. Если разделю наши жизни, это поможет. Единственное, что я могу сделать.
Он отсутствовал два дня. Вернулся к вечеру. Вертолет низко летел с востока, сел, и он выскочил, как только перестал крутиться винт.
Джинни работала на кухне и видела в окно, как приземлился вертолет. Выпустила собак, наблюдая, как они в безумной радости бегут ему навстречу. Он поставил чемодан, обнял их. Она подумала, может быть, ей тоже нужно побежать к нему.
Маленькая женушка приветствует мужа, возвращающегося домой после войны с большим плохим миром.
Он уезжал с таким видом, словно его придавило непереносимое горе. Не позвонил. Ничего ей не рассказал.
Она медленно вытерла руки и пошла его встречать.
Он выглядел измученным. Бледным. Она хотела обнять его, но его отрешенное лицо говорило о том, что он еще в другом мире.
А потом он увидел, что она ждет его, и изменился в лице.
Она это увидела. Он уезжал потрясенным и потерянным. Случилось что-то плохое, не нужно быть Эйнштейном, чтобы понять это.
Теперь она видела, как он освобождался от всего, снова превращался в Аласдера. В мужчину, который пригласил ее в свою постель.
Он заулыбался той улыбкой, которую она знала и любила. В три больших шага приблизился к ней, взял на руки и закружил, как пушинку.
Его лицо излучало удовольствие, когда он наконец перестал ее кружить и отпустил, обхватил ее лицо руками и поцеловал.
Любая девушка просто утонула бы в таком поцелуе.
Но она не утонет. Где-то в глубине сознания было место, куда страсть еще не добралась. И там прозвучал сигнал тревоги, который она слышала раньше.
