Проснувшись в одной постели со своим бывшим мужем, принцем Данте, Беатрис твердо решает для себя: это их последняя встреча, но вскоре узнает, что беременна. Данте намерен сделать все, чтобы вернуть любимую во дворец. Но согласится ли Беатрис вновь подчиниться ему и жить по королевским правилам и законам?
Просыпаться совсем не хотелось, и Беатрис крепче прижалась к горячему и крепкому плечу мужчины, лежавшего рядом…
Мужчины?!
Беатрис вздрогнула, осознав свое положение. И в этот же момент снизу раздался звонкий голос Майи – сестра, судя по всему, оправилась после вчерашней мигрени и весело напевала какую‑то песенку.
Они не были похожи: Беатрис, рослая голубоглазая блондинка, разительно отличалась от миниатюрной брюнетки Майи. Ко всему прочему, Майя была ранней пташкой – всегда просыпалась очень бодрой, с улыбкой на устах. По утрам она пела песенки и не имела привычки просыпаться в объятиях мужчин, которые, придя вечером в бар, неизменно выходят из него в компании красоток.
Преодолев страх, Беатрис прикрыла лицо ладонью и посмотрела сквозь растопыренные пальцы. По глазам резанула белизна горнолыжных склонов за окном домика.
Может, это был ужасный сон?.. Хотя и с очень приятными моментами.
Но это был не сон!
Она встретила взгляд черных глаз, обрамленных необычайно густыми ресницами, которые редко встретишь у мужчины. Язвительная усмешка кривила красивые губы. Тихо застонав, Беатрис крепко зажмурилась и отодвинулась в сторону.
Когда обладатель черных глаз и крепкого тела, сейчас едва прикрытого простыней, накануне вечером уводил Беатрис из бара, все женщины смотрели на нее с завистью.
Мускулистая рука легла на ее плечо и соблазнительно скользнула ниже, задержавшись на животе. По телу Беатрис разлилась истома – решимость сопротивляться таяла с каждой секундой. Услышав низкий чувственный голос и уловив жаркое дыхание прямо возле уха, она ощутила возбуждение.
Закрыв глаза, Беатрис судорожно выдохнула, а затем застонала, когда мужчина прижался к ней всем телом. Ей уже никуда не хотелось идти, и решимость сопротивляться окончательно пропала.
Несколько томительных мгновений Беатрис наслаждалась прикосновением его сильных и нежных рук и едва не задохнулась, когда он обхватил ладонью ее грудь и погладил большим пальцем напрягшийся сосок.
– Мне прекратить?
Беатрис не поняла, почему он вдруг задал этот вопрос, и почувствовала разочарование, когда он слегка отстранился и, убрав ладонь с груди, погладил ее по щеке. Ощутив досаду, Беатрис куснула его за палец.
– Будь хорошей девочкой, Беа.
И прежде чем она успела отреагировать на увещевание, ее опрокинули на спину. Мужчина навис над ней, упираясь руками в постель и поставив колени по обе стороны ее бедер, словно взял в плен. Но не сила заставила ее замереть – она могла бы изловчиться и вывернуться из‑под него – Беатрис была пригвождена к кровати силой своего желания.
Он взглянул на нее своими хищными черными глазами, задержав взгляд на губах, которые еще были припухлыми после вчерашних страстных поцелуев. Они целовались даже тогда, когда срывали друг с друга одежду, продвигаясь к кровати.
Взгляд Беатрис затуманился: его лицо было нереально – поистине сказочно – красивым. Идеально правильные черты, золотистая кожа, квадратный подбородок с легкой сексуальной щетиной и бесподобно красивые губы: твердая верхняя и полная, чувственная нижняя.
Заморгав, Беатрис прокашлялась.
– Я не хочу играть в эти игры, – с трудом произнесла она.
Действительно, веселого в этом было мало. Беатрис стало трудно дышать, и она с усилием отвела глаза, но взгляд тут же упал на его губы.
О, это было невыносимо… прекрасно.
Его точеные скулы и орлиный нос расплылись перед ее взглядом, когда он склонился к ней. Первый поцелуй был столь нежным и чувственным, что Беатрис застонала. Второй поцелуй, в уголок губ, был таким же нежным, он заставил ее тело изогнуться навстречу ему. А затем посыпались другие поцелуи – и они были такими мучительными, что Беатрис, не в силах вынести их, запустила руки в густые темные волосы, притянула к себе и впилась в его губы.
Напряжение ушло, они целовались страстно, охваченные диким желанием. Разгоряченные тела сплелись в жажде полнее ощутить друг друга. Все мысли вылетели из головы, уступив место страсти…
– Беа, ты спустишься вниз или принести тебе кофе наверх?
Беатрис вздрогнула, возвращаясь к реальности, открыла глаза и застонала от отвращения к себе.
«Слабая и глупая, слабая и глупая…», – пробормотала она себе под нос, вскочила с кровати и, подобрав упавшую на пол простыню, бросилась в дальний угол комнаты. Там, прижавшись к стене, она закрылась простыней, будто щитом, хотя это была слабая защита.
Нервно взглянув на дверь, Беатрис представила реакцию Майи, когда та войдет в комнату. Она придет в ужас! Это был сценарий ее страшного сна.
– Я сейчас спущусь! – крикнула она. – А тебе пора уходить, – прошептала Беатрис, взглянув на мужчину, лежавшего на ее кровати.
