Любовь — есть особое чувство, дарящее человеку все то, что делает его по-настоящему счастливым. Ради любви мы способны на многое. Мы готовы прощать, заботиться, измениться в лучшую сторону, заняться той деятельностью, которая вдохновляет нас. Когда человек любит нас, он верит в нас, верит в наши возможности, а это самое важное для достижения целей в жизни, помимо приложенных усилий. В любви нет границ, если любишь, то любишь всем сердцем. А любящее сердце — никогда не стареет. Из любви рождается страсть, как чувство, которое не есть животный инстинкт, а скорее представляет собой совокупность химических связей, которые образуются, когда желаешь выразить всю испытываемую любовь к человеку, используя свое тело. Я бы хотела искренне пожелать каждому прочувствовать эти эмоции, не тратить время на удовлетворения своих физиологических потребностей в отсутствии чувств, стремясь за модой, богатством, установками общества…
Счастливые от незабываемого полета, выходя из воздушного шара, мы делаем несколько снимков, находясь на живописной, ясной поляне.
— Джексон, смотри, это же Ритчелл в красном платье возле твоей машины вдалеке. Я так и знала, что сейчас будет долгожданный сюрприз!
— Какая догадливая у меня девочка, — говорит Джексон, и я расползаюсь в улыбке. — Идем к ней.
Джексон обнимает меня за талию, и мы идем к Ритчелл. Как же в этом месте тихо и спокойно, я чувствую умиротворение в отсутствии шума города, езды автомобилей, постоянных привычных дел дома…
Ритчелл замечает нас и тут же кричит:
— Милана и Джексон, с Днем Рождения!
Подходя ближе, Ритчелл обнимает нас, говоря:
— Я не узнала Милану, думала, Джексон идет с кинозвездой, — смеется Ритчелл, и мы продолжаем крепко ее обнимать.
— Да, новый имидж!
— Тебе очень идет. Но, все слова потом. Итак, мои кинозвезды, вы готовы посетить самую грандиозную вечеринку на всем свете? — с широкой улыбкой объявляет официально Ритчелл.
Ритчелл одета в красном приталенном платье, которое подчеркивает ее талию. Она шикарна.
«Нужно обязательно с ней сделать фотографии», — думаю я.
— Да, — одновременно отвечаем мы, и Джексон неожиданно целует меня в щеку. «Когда он только стал таким смелым и раскованным?» — спрашиваю я себя, широко улыбаясь, и испытывая приятные ощущения от совершения Джексоном подобных нежных действий.
— Какие вы милые, я так рада за вас! — сообщает Ритчелл, увидев, как Джексон поцеловал меня.
— Спасибо, подруга.
— Так, проход на вечеринку строго при показе паспорта!
— Ритчелл! — смеюсь я. — Ты серьезно?
— А что? Я это строго настрого отмечала в приглашении на мероприятие по случаю ваших дней рождений.
— А если мы споем, это подойдет? — смеется Джексон.
— Видишь, Милана, рядом с тобой настоящий мужчина!
— Ты серьезно? — смеюсь я.
— Так, ладно, — хихикает подруга. — Проход на вечеринку открыт! Идёмте за мной!
Джексон улыбается мне, и мы веселые направляемся вслед за Ритчелл.
«Интересно, что она могла устроить посреди поляны, может быть, пикник?..»
— Джексон, скажи, что задумала Ритчелл? Куда мы идем?
— Милая, мне любопытно, так же как и тебе.
— Да, ты знаешь все!
— Так, разговорчики, — смеется Ритчелл, отправляя кому-то сообщения.
Я осматриваюсь вокруг, соображая, что близится вечер.
«Самый разгар для вечеринок, не так жарко будет танцевать. Что же задумала наша креативная Ритчелл?» — думаю я.
Мы идем через поля, отойдя уже на значительное расстояние от автомобильной стоянки. Вдалеке среди деревьев виднеется вывеска с надписью: «Для моих друзей — Джексона и Миланы».
— Так, ребят, теперь нужно пройти нам через этот небольшой лес. Милана, аккуратно, можешь, зацепиться о ветку дерева, — предупреждает меня подруга, от чего я шагаю еле-еле, чтобы не порвать свое платье.
Заходя в лесной участок, деревья в котором очень высокие, мы переглядываемся взглядами с Джексоном, испытывая, разросшееся до небес, любопытство. Я обращаю внимание, что чем дальше мы идем, тем становится слышно музыку среди поляны и деревьев. Воздух невероятно свеж и прохладен. Проходя еще несколько метров, мы видим свыше 200 разнообразных ярких гелиевых шариков, привязанных к деревьям, выстланную красную дорожку, будто подиум. Повсюду фотографии нас и наших друзей, прилепленных к деревьям. Место завораживающее, поляна внутри леса превратилась в настоящую торжественную атмосферу. Но кроме нас троих мы никого не наблюдаем рядом.
— Так, Милана и Джексон, мы на месте. По моему сигналу направитесь вперед по красной дорожке.
Мы киваем, и Ритчелл продолжает, беря откуда-то микрофон в руку:
— Уважаемые и любимые нами Джексон и Милана! Пройдя по красной дорожке, вам удостоится честь оказаться в подготовленном для вас изумительном уголке для празднования вашего дня! Итак, — голосит подруга, — барабанная дробь, огоньки включаем, вперед!
