Адольф Мушг (р. 1934) — крупнейший из ныне живущих писателей Швейцарии, мастер психологически нюансированной, остроумно-иронической прозы. Герой романа «Счастье Зуттера» после смерти жены и совершенного на него покушения пытается разобраться в случившемся, перебирает в памяти прожитую жизнь и приходит к выводу, что в своих злоключениях виноват сам, что он не только жертва, но и преступник. «Счастье Зуттера» — глубокий, насыщенный актуальным содержанием роман о любви и одиночестве, верности и вероломстве, правде и лжи, старении и смерти — о том, что все в этой жизни в любой момент может обернуться своей противоположностью.
Будучи несколько лет тому назад гостем редакции журнала «Иностранная литература», Адольф Мушг, безусловно, крупнейший из ныне живущих швейцарских писателей, говорил не столько о своих творческих планах, сколько о проблемах, с которыми на пороге нового тысячелетия столкнулась его родина — маленькая нейтральная Швейцария, столь благополучно по сравнению с другими странами Европы — и не только Европы — прошедшая через искусы, испытания и беды XX века. Но благополучие, особенно если оно достигалось путем компромиссов, рано или поздно должно было обернуться изоляцией и разобщенностью. «Я считаю, что сейчас Швейцария греховна, и главное ее грехопадение произошло в XX веке, — утверждал писатель. — <…> Сладкая жизнь для Швейцарии кончилась. Пришло трудное время разобраться с собой».
Собственно, писатель и публицист Мушг и разбирается, причем разбирается уже давно — и со страной, и с собой. Но разбирается, как правило, не напрямую, а через персонажей своих книг. «Если мои персонажи удаются, они способны сказать что-то и обо мне, сказать нечто новое, неожиданное, чего я и сам о себе не знал и смог узнать только благодаря этим образам», — признавался он в одном из интервью. Создаваемые писателем образы помогают ему избавиться от злости на нынешнюю ситуацию, от стыда за прошлое и страха перед будущим.
В споре с неподатливым материалом Мушг-художник все время поднимает планку, нащупывает нехоженные пути к осмыслению жизни (а в последнее время — и смерти), открывая все новые и новые возможности для воплощения в слове тяжести и непостижимой протяженности бытия. Постоянно обновляя свою поэтику, вытесняя из языка все шаблонное, клишированное, лишенное реального смысла, он вводит взамен выразительные элементы, идущие из глубины собственного жизненного опыта. Его всегда, едва ли не с ученических лет, интересовало, как соотносится согретый душевным участием вымысел (вспомним пушкинское: «над вымыслом слезами обольюсь») с уже готовым словом — вместилищем унаследованного смысла и строго отмеренных эмоций. Он как бы гонится за вечно меняющейся, ускользающей из рук мерой художественной достоверности, переводя свой личный духовный и душевный опыт на уровень эстетического постижения мира, в котором живем все мы, а не только он сам и его герои.
Адольф Мушг родился 13 мая 1934 года в цюрихском пригороде Цолликоне. Отец будущего писателя, школьный учитель, был не лишен литературных амбиций: сочинял романы, редактировал местную газету. С литературой связали свою жизнь и дети отца от первого брака: Вальтер Мушг, историк литературы, автор нашумевших в свое время книг «Трагическая история литературы» и «Разрушение немецкой литературы», и детская писательница Эльза Мушг. К тому времени, когда их единокровный брат появился на свет, они уже успели опубликовать свои первые книги. Факт позднего рождения (отец к этому моменту уже подбирался к шестидесяти годам) тревожил и продолжает тревожить Мушга, вызывая опасения перед возможными последствиями, но его жизненный и творческий путь складывается вполне благополучно. Он изучал германистику, англистику и психологию в университетах Цюриха и Кембриджа, защитил диссертацию о драматургии Эрнста Барлаха, а затем последовала педагогическая, журналистская и писательская работа.
Литературный дебют Мушга оказался довольно поздним, но весьма удачным: романом «Летом в год Зайца» (1965) он не только заставил заговорить о себе практически всех маститых критиков в немецкоязычных странах, но и поверг их в состояние напряженного ожидания: а что еще выдаст этот одаренный швейцарец? И швейцарец «выдавал» — почти каждый год выпускал по одной, а иногда и по две книги, подливая масла в огонь критических споров, оправдывая ожидания или, наоборот, приводя в недоумение тех, кто уже успел занести его в ту или иную рубрику. В 1967 году появился роман «Противочары», в 1968-м — сборник рассказов «Чужеродные тела», в 1969-м — роман «Чужая игра» и т. д., книга за книгой, включая драмы, радиопьесы, публицистические статьи и литературные эссе. Сборниками рассказов «Истории о любви» (1972), «Дальние знакомые» (1976), «Петушок на башне» (1987), романами «Причина Альбиссера» (1974), «Байюнь, или Общество дружбы» (1980), «Свет и ключ» (1984), «Красный рыцарь» (1993) он лишь упрочил свое место в ряду виднейших прозаиков, пишущих по-немецки.
Из произведения в произведение Мушг эксплуатирует довольно узкий круг тем и мотивов. Каждый раз он изобретает для них новую форму, каждый раз ищет — и чаще всего находит — равнодействующую между творческой одержимостью и чувством художественной меры. Найдена эта мера и в последнем пока романе «Счастье Зуттера», который мы представляем на суд читателя. Этим романом Мушг еще раз доказал, что на сегодняшний день он выдающийся мастер психологически нюансированной, остроумно-иронической и в то же время насыщенной актуальным жизненным содержанием прозы.