Счастья тихие шаги полностью

***

Всё на тебе сошлось, как будто в точке,

В одном недлинном ежедневном слове.

Теперь я им одушевляю строчки,

Знакомый мир воспринимая внове.

Одно лишь имя. Из простых и строгих.

Оно собой расцвечивает нити

Вседневных дум в неслышном монологе,

Оно меняет череду событий.

Оно – твоё! Хоть по звучанью схоже

Один в один с другими именами.

Но лишь его я ощущаю кожей,

Как то тепло, живое, между нами.

***

Я спокойно оставила прошлое

В прежнем доме, на старой улице.

Было в нём иногда хорошее,

Хоть с любовью и не рифмуется.

Дни проходят, и время катится

Циферблатом по дням-событиям.

Там, в квартире, теперь сумятица,

Каждый день без меня – «открытия».

Что казалось всегда естественным,

Стало трудным до невозможности:

Мыть посуду – сравнимо с бедствием,

Пылесосить – за гранью сложности.

Жизнь квартирная перекошена

Без рачительного напутствия…

Вот такая я нехорошая –

Дом лишён моего присутствия.

***

Года – не трасса по прямой.

Меняя направления,

Жизнь проверяет нас с тобой

На разные мгновения.

На тишину, на холода

И на твоё молчание,

Необъяснимое, когда

Я на краю отчаянья.

Когда как будто ты один,

Хотя с тобою рядом я.

Когда не ведая причин,

Не обменяться взглядами.

Ты замыкаешься в себе.

Сменилось направление:

Идём по сумрачной тропе,

Но лишь одно мгновение.

***

Ты говоришь со мной цветами,

Безмолвными букетами.

Их лепестковыми устами,

За красоту воспетыми.

Их упоительным молчаньем

И свежестью живительной

Как будто слышными речами

Легко и выразительно

Ты говоришь со мной о главном…

Цветочное признание

Не только вижу – слышу явно.

Ответ шепчу заранее.

***

Байдарочный поход – лишь эпизод,

Нечастый и недлительный маршрут.

Поэтому весною через год,

Когда наскучит городской уют,

Когда воскреснет исподволь во мне

Дождей, костров, стоянок череда,

Я чувствую отчетливо вполне,

Что вновь хочу отправиться туда…

Немало там дождей и холодов,

Слепней в жару и ветра у воды…

Но разум знает множество «ходов»,

Стирая негативные следы.

Встреча

Так обычно глядят

на огонь одинокой свечи…

Я смотрю на тебя

неподвижным задумчивым взглядом.

Ночь задернет меж нами

кулису из чёрной парчи…

Как запомнить тебя,

если мы постоянно не рядом?

Как запомнить тебя,

чтобы образа зримый эскиз

Рисовать в тишине

одиноких часов увяданья?

Как запомнить тебя?

Ты прости мне невольный каприз –

Это просто душе

отдаю беспредельную дань я.

Взгляд

Бывает, припозднится день

На много-много лет,

И ты – не встреченный нигде –

Вдруг рядом, тет-а-тет.

Всё не случайно. Всё не зря.

Припомнилось опять:

У нас знакомые, друзья,

Поэзия.

Как знать,

Быть может, много лет назад

Навстречу шли пути…

О том сказал твой долгий взгляд,

Что не давал уйти.

«Останься!» – взгляд промолвил мне,

Коснулся щёк, волос…

Ответно взглядом в тишине

Сказала: «Не вопрос».

***

Я в этом шалаше не строю рай,

Я в нём живу, согрев сырую землю.

Здесь воздуха сквозь ветви – через край!

А звукам незнакомым – чутко внемлю.

Сюда меня направила судьба,

Столкнула в гать с асфальтовой дороги.

Комфорта – не скажу, что я раба –

Теперь совсем довольствуюсь немногим.

Теперь мне домом – простенький шалаш.

В нём множество прорех и недоделок…

Но дни мелькают яркой стайкой белок,

Что шишки тягот собирают смело,

Взамен оставив юности кураж!

Раньше и теперь

Я раньше из метро брела направо,

И в том была, как видно, неправа.

Издержками покладистого нрава

Оправдывала мысли и слова.

Железные оковы чувства долга

Держали убеждённо, как могли.

Боялась перемен и кривотолков.

Жила, не отрываясь от земли.

Теперь шагаю из метро налево,

Почти лечу, и в этом правды суть!

Не опасаюсь сплетен или гнева

И похвалы не требую ничуть.

На реке Суне в Карелии

Мы уезжаем. Сыплет дождь.

И Суна плещется прощально.

Но всё ещё чего-то ждёшь,

Пейзаж заучивая скальный.

Маршрут забудется едва:

Река, карельские озёра,

Где, как помпоны, острова,

Лесов колючие заборы.

Потока бурная игра,

Пороги, камни, перекаты,

Жар ярко-рыжего костра

И цвета нежности – закаты.

Остался в сердце тихий плёс.

Там, на стоянку, с хвойной кроны

Слетел приметный клювом клёст,

Еловых шишек друг исконный.

Есть фотография клеста!

И прочих снимков – больше ста.

Костёр. Триптих

1.

Мы развели костёр в заснеженном лесу…

Краснеющий среди сугробов белых,

Его живой огонь расплавил снег внизу,

На головнях танцуя обгорелых.

Стремятся в высоту шальные язычки,

И жаром дышат огненные мушки,

Что вьются над костром, коварны и легки,

От пляски Огневушки-Поскакушки.

2.

Убрали головни,

И пламя улеглось.

Но ветер-баловник

Целует пепла горсть,

И вспыхнут угольки –

Живые узелки –

Огня былого злость.

Ещё костёр живой:

Искристая возня

Идёт сама собой,

Мерцание храня.

Пока хватает сил,

Ещё не гаснет пыл –

Агония огня.

3.

Ножовки звук

И треск сухих ветвей.

Намеченный костёр тому виною.

В тепле паук

Из спаленки своей

Явился, и повеяло весною.

Конец зимы.

Охвачена огнём

Чуть влажная охапка дровяная…

И даже мы

В себе огонь несём,

Друг друга то и дело разжигая.

***

Лес вытесняет жизни суету.

Костром испепеляется привычное.

И плавится на солнечном свету

Пустое, маловажное, столичное.

И думается только про сейчас: