<p>«Когда бежал вдоль огорода…»</p>Когда бежал вдоль огорода,Не видел: у озябших сливСпит беззащитная природа,Устало голову склонив.Не видел звёзд на небе чёрном,Но видел свет перед собой.И шторки с выбитым узором.И дверь с горячею скобой.Не помню, как вбежал, как рамаБлеснула, шторка отекла…– Ты что, сынок?– Мне страшно, мама!Там кто-то есть!– То ж я была…1977—2011<p>«Здравствуй, Ахтуба-река…»</p>Здравствуй, Ахтуба-река,Вот тебе моя рука!Мы с тобой всегда поладимВместе радоваться глади,И волне на вираже,И спокойствию в душе.По камням, лежащим сплошь,Я – пойду, ты – потечёшь.Всю-то жизнь шагать и течьИ природы слушать речь.Так, твоя – в моей руке,Мы исчезнем вдалеке.2011<p>«Растеряла осень…»</p>Растеряла осеньКраски на холмах —Солнце в строчку проситсяВместе погрустить…Но не помещаетсяСолнышко в стихах,Ну, уж больно просится —Как же не впустить?!1972<p>…Этому мальчиу две тысячи восемь лет…</p><p>«Спросонья деревья старые…»</p>Спросонья деревья старые потягиваются, скрипяГрубыми, с почерневшими сучьями, сухими костями.Скрипом, пропахшим прахом, старость свою торопя,Словно винясь, что зажились, перед юными деревцами-гостямиЗемли и неба.Им, несмышлёным, ещё не понять,Что означает пространство меж землёю и небом,Им ещё рано на старость и Бога пенять,Им ещё жить не только водою и хлебом.Им, ещё сильным, кудрявым и молодым,Шарахаться под ветром из стороны в сторону,И спорить с ним, и пускать ему в глаза дымПревосходстваИ веткой бить по севшему на них ворону.Им, как изюм из булки, выковыривать звёзды с небес,А старикам таить в себе небеса непросто.Им, молодым, ещё любоваться полем чудес,А старикам закуток на нём выбирать для погоста.Грустно глядеться в озёра, когда оказался седым.Кроны выстраивать юным, на зависть любому Растрелли.Им, молодым, не понять, что значит быть молодым,Как старикам не понять, когда же они постарели.2007<p>«Ухнет в лесу сова…»</p>Ухнет в лесу сова, с дерева шумно падая,Цепким когтём сорвёт мышь зазевавшуюся с земли.Клювом продолбит ей голову, думая: «А не падла ли я,Раз перед смертью жертве не спела: ой, люли, люли?»Кровь в её жилах, разбавленная кровью мышиной,Вздёрнется сумрачным светом ночного закона любви.Сова, прировняв все долы с широкой древесной вершиной,Как в чёрной норе, в дупле уснёт от избытка крови.Во сне размеренном, сытом она никогда не услышит,А если даже услышит, ей будет подумать лень,Что маленькие мышата и взрослые страшные мышиПерегрызают корни у дерева и близится солнечный день.2007<p>«Ветер откинулся на спину…»</p>
