— Ты имеешь в виду мой приезд или эту неприятность в холле?
Мужчина откинулся на стенку лифта и, скрестив руки на груди, пристально посмотрел на девушку.
— Все, что твоей душе будет угодно?
— Объяснения могут подождать, пока мы поднимемся в твой номер?
— Не возражаю.
В молчании они дождались, пока лифт доставит их на нужный этаж. Не говоря ни слова, пара проследовала в номер.
Мэри-Бет украдкой поглядывала на мужчину, пытаясь сообразить, что его разозлило. Не ее приезд, это точно! Не стал бы он тогда целовать ее так неистово. Но его не должна была расстроить и встреча с ее бывшим мужем. Ведь не должна?
Но мужчина определенно гневался, и это Мэри-Бет прекрасно видела — по напряженному взгляду, поджатым губам, скованной позе. За дни, проведенные вместе, она узнала, каким бывает Винченцо, когда рад или просто умиротворен. Конечно, сейчас мужчина не в бешенстве, но точно разгневан, хотя и терпеливо ждет, что она скажет в свое оправдание.
Мэри-Бет вздохнула. Оттягивать неприятный разговор больше не представлялось возможным. Но она решила зайти с самой безопасной стороны.
— Прости, что не предупредила тебя о своем приезде. — Девушка склонила голову, и оправдания полились ручьем: — Наверное, наши беседы ввели меня в заблуждение. Я подумала, что ты будешь рад меня видеть. Мне показалось, что мой приезд станет чудесным сюрпризом. Я…
Мэри-Бет замолчала, потому что Винченцо приблизился к ней и, подхватив пальцами подбородок, развернул ее лицо вверх. Но девушка, плотно прикрыв веки, не решилась посмотреть ему в глаза.
— Сюрприз замечательный. — Винченцо чмокнул ее в губы. — Я очень рад, что ты приехала. — Снова легкое касание губ, на это раз в щеку. — Я безумно скучал по тебе. — Мужчина приложился губами к другой щеке. — Тебе не стоит сомневаться во мне.
Мэри-Бет, в ожидании очередного поцелуйчика, распахнула глаза, но Винченцо не оправдал ее ожиданий.
— Я хотел бы услышать другое.
Другое? Черт, она совсем не понимала, что именно хотел услышать Винченцо. Мэри-Бет сказала то, что первым пришло на ум:
— Это был мой бывший муж, и, честно говоря, я даже не подумала, что мы можем встретиться в Бостоне. Я…
— Подожди. Я и так понял, что это твой бывший. Но я хотел бы услышать не это.
— А что?!
— Например, извинения.
— Извинения?! За что? — изумилась Мэри-Бет.
— А ты не понимаешь?
— Нет.
Винченцо недоверчиво хмыкнул, потом отступил на несколько шагов и, скрестив руки на груди, оценивающе посмотрел на Мэри-Бет. Утратив телесный контакт с его телом, девушка поежилась от холода.
— Ты, правда, не понимаешь?
— Нет!
— Ты так презрительно назвала меня своим любовником, что я даже не знаю, что мне думать.
— Энцо, я… — Такого поворота Мэри-Бет не ожидала. — Если в моем голосе и звучало презрение, то исключительно по отношению к Майлсу. А назвав тебя своим любовником, я хотела уязвить его.
— Интересно. Каким же это образом? Прости, но ты сама говорила, что Майлс Нортридж не так уж и хотел жениться на тебе. Неужели в таком случае он мог бы почувствовать себя уязвленным, узнав, что у тебя есть любовник?
Мэри-Бет видела, что с каждой секундой ее молчания Винченцо отдаляется все дальше. Понимая, что нужно немедленно развеять все его сомнения, она открыла рот, но слова застряли в горле. Девушка даже сейчас, после стольких подтверждений своей чувственности, боялась, что если произнесет страшные слова вслух, то все может вернуться на круги своя.
Так и не услышав в ответ ничего вразумительного, Винченцо посчитал себя незаслуженно оскорбленным. И это лишь усилило гнев, разъедающий его душу. Мужчина понимал, что не имеет никакого права злиться, ведь план изначально исходил от него. И то, что они от имитации перешли к действию, вовсе не значил, что Лайза воспылала к нему любовью.
Тот факт, что Лайза также способна использовать его в каких-то своих целях, пусть и очень приятных его телу, отозвалось болью в сердце мужчины. Винченцо не понимал, откуда пришло это беспокойство, но в последнее время его очень тревожило, что Лайза не чувствует к нему ни грамма привязанности, в то время как он…
Mamma mia! Он влюбился!
Винченцо лишь ошеломлено хлопал ресницами, пытаясь опровергнуть эту неожиданную мысль. Но контраргументов не было, их и быть не могло.
Мэри-Бет не понимала, что произошло. Каких-то полчаса назад они страстно целовались в холе отеля, и можно было со стопроцентной вероятностью предположить, чем они займутся, стоит им оказаться в уединении номера. А сейчас они с Винченцо казались противниками в какой-то непонятной борьбе. Куда делась радость встречи? Откуда взялись эти нелепые обиды?
Нужно все хорошенько обдумать.
— Я устала после перелета, давай отложим наш разговор, — попросила девушка, надеясь, что придумает способ, как все исправить.
Но мужчина молчал, и Мэри-Бет едва сдерживая слезы, медленно побрела к двери.
Как только за девушкой захлопнулась дверь, Винченцо словно обухом по голове ударили.
