– Я хотел бы узнать, сколько всего денег у меня на этом счете? – спросил я у благообразного пожилого работника стоящего за конторкой, передавая ему лист своего счета.
Два вооруженных до зубов охранника мрачно и подозрительно уставились на сопровождающих меня братьев. Служащий немного покопался в бумагах, после чего озвучил итоговые цифры:
– Всего на этом счете одна тысяча пятьсот тридцать золотых.
– Значит, сейчас я у вас забираю из них полторы тысячи, а тридцать пусть там полежат, счет я пока закрывать не собираюсь. У меня на нем еще в Расвеле лежит порядочная сумма.
– Извините, но я сам не распоряжаюсь такими суммами! – его лицо покрылось потом, а охранники разом напряглись и ухватились за рукоятки мечей.
– А вам и не надо, – любезно улыбнулся я. – Своими суммами я распоряжаюсь сам. Ваша задача – мне их выдать. А если не можете этого сделать сами, позовите того, кто может. Я могу и подождать, только недолго.
Служащий испарился, и вместо него я через несколько минут имел удовольствие беседовать с одним из членов семьи Креджей.
– Мариус Кредж, – представился он. – Мне сказали, что вы, ваше высочество, собираетесь закрыть у нас свой счет.
– Я подумаю об этом, – кивнул я, – если мне немедленно не выдадут моих денег. Пока же я хочу только снять часть своих средств. На этом же счете в Росвеле лежит еще больше тысячи монет.
– Не извольте беспокоиться, – заверил он меня. – Деньги уже считают. У нас все делается быстро, так что мы вас не задержим. Соблаговолите поставить здесь свою подпись.
Я расписался и минут через пять покинул банк, предоставив братьям тащить золото. Мы вскочили на лошадей и в сопровождении остальных охранников, которые дожидались нас во дворе банка, понеслись к особняку. Улицы практически полностью опустели, и можно было гнать лошадей без риска кого-нибудь сбить. До особняка добрались без происшествий, оставили золото казначею ордена и в том же составе выехали к королевскому дворцу.
– Наконец-то! – Алина подошла ко мне и поцеловала в губы. – Мы уже начали волноваться.
– Да, и теперь тебе придется нас утешать, – добавила младшая, тоже прикладываясь к моим губам. – И утешать будешь долго, и за сегодня, и за вчера. Раз ездишь верхом, значит, с рукой все в порядке.
– Куда я от вас денусь! – я подхватил ее на руки и начал целовать сам. – Хочешь, прямо сейчас начну расплачиваться?
– Хочу!
– Подожди, – остановила ее Алина. – Пусть сначала поужинает, а то его только на поцелуи и хватит. Деньги хоть снял?
– И деньги снял, – сказал я, ставя недовольную Лану на пол. – И дом Маркус подберет, но пока покупать не будет.
– А чем мы вообще располагаем?
– Полторы тысячи я снял сейчас. Еще где-то с тысячу лежит в Расвеле, а триста пятьдесят в банке Мороев, плюс сумка с драгоценностями, которую я вам оставлял. Что с ней, кстати?
– Стоит в шкафу. Мы с Ланой себе там кое-что отобрали, что понравилось. Немного, примерно треть. Остальное можно отдать Маркусу на нужды ордена. Я думаю, что его услугами нам теперь придется пользоваться часто.
– Только перед тем как отдавать, я там еще пороюсь! – сказала Лана.
– А что тогда там останется на отдачу? – рассмеялся я. – Не думал, что принцессы такие барахольщицы! Бери пример со старшей.
– Я тебя сейчас за такие слова покусаю!
– Сначала поужинаем, а потом кусай, – разрешил я. – Ты сейчас голодная, отгрызешь что-нибудь от мужа, сама потом будешь жалеть!
– Ах ты!
Одним словом, ужина мы ждать не стали, но никто об этом не жалел, кроме Лины. Кажется, слуга стучал в дверь и, не дождавшись ответа, ушел. Ларша осуждающе посмотрела на кутерьму на кровати и ушла спать в гостиную.
Видимо, капитан доложил королю о нашем с ним разговоре, потому что Игнар, придя на завтрак, посмотрел на меня с нескрываемым любопытством, ожидая, какая будет ответная реакция на унижение. Я, как обычно, с ним поздоровался и больше за завтраком не разговаривал. Когда Игнар поднялся, оповещая тем самым о конце застолья, я к нему обратился:
– Ваше величество, вы могли бы уделить мне совсем немного времени? Мне надо с вами поговорить, можно даже по пути к вашему кабинету.
На его лице мелькнула довольная улыбка, почти тотчас сменившаяся высокомерным выражением.
– О чем разговор? Мне сейчас как-то недосуг заниматься делами.
– Нет так нет, – сказал я. – Просто не хотелось быть невежливым и покидать ваш дворец, не поблагодарив за гостеприимство.
От неожиданности он даже сбился с шага.
– Как это покидать? Ты в своем уме?
– А что в этом такого? Нам у вас не нравится, возможность устроиться получше у нас есть, так почему бы и нет?
– Обиделся?
– На вас? Нет, на королей не обижаются. Но терпеть хамство от ваших холуев не намерен. Я вынужден беспокоиться о своей безопасности и о безопасности семьи, а мне отказывают в охране. Мне что, заводить свою гвардию? Я могу, только боюсь, что у вас будут возражения.
– А если я арестую твои счета?
– А на каком основании? Впрочем, я такое предвидел и вчера снял с них почти все деньги. Дом для нас уже нашли, так что как-нибудь проживем.
– Я не позволю тебе подвергать опасности мою дочь!
