Изабелла меня не останавливает, молчит. Стоит, обхватив себя одной рукой под грудью, второй подпирает подбородок. Мне кажется, она намеренно выбрала такую позу, чтобы быстро закрыть ладонью глаза и не видеть позора собственного сына. Смешно, честное слово.
-- Я сегодня главный! -- выходит вперед один из охранников.
Лицо знакомое, это один из тех, кто был в экспедиции, захватившей "Старую ласточку".
-- Шон, -- говорю, демонстрируя чудеса хорошей памяти, -- я спрашиваю главного по добыче синерила, а не по надзору.
От моего наглого тона Шон шире распахивает глаза и вопросительно смотрит на Изабеллу. В ответ на его немую мольбу осадить меня, она лишь пожимает плечами, предпочитая не вмешиваться.
Шон скрипит зубами, но не спорит, вытягивает шею, устремляя взгляд куда-то мне за спину.
-- Холланд! -- кричит. -- Иди сюда!
К нам подходит невысокий худощавый мужчина, больше похожий на профессора, нежели на работника рудника. Равнодушно скользит по нам взглядом, ждет дальнейших распоряжений. Кажется, долгая работа здесь учит не задавать лишних вопросов.
-- Спрашивай его, -- говорит мне Шон.
Мужчина, как механическая игрушка, поворачивается ко мне. Не хватает только склонить голову, сложить ладони на уровне груди и сказать: "Слушаю и повинуюсь".
-- Здравствуйте, -- вежливо обращаюсь к нему, от чего на его лице, наконец-то, появляются хоть какие-то эмоции: брови чуть приподнимаются в удивлении. -- Меня зовут Тайлер, -- представляюсь так, как привык, а заодно так, как меня знает экипаж "Ласточки". -- Как я могу вас называть?
Пожимает тощим плечом.
-- Холланд. Просто Холланд.
-- Очень приятно, -- киваю. Замечаю, что Шон уже смотрит на меня как на больного. Да и бог с ним. -- Холланд, покажите мне, пожалуйста, ваши действия для извлечения синерила. Пошагово.
Мужчина лишь чуть смежает веки вместо ответа, разворачивается и направляется обратно, туда, откуда его позвали.
-- Пошли, -- оборачиваюсь.
Вилли и его собрат по несчастью, пыхтя, начинают доставать Восьмилапа из вагонетки. Изабелла демонстративно отворачивается.
Когда робот оказывается на земле, парни с тоской переглядываются. Мысли так и написаны на их лицах: тащить тяжеловеса придется через весь забой. Ладно, пожалуй, хватит издеваться.
Вывожу над запястьем голографический экран коммуникатора, задаю команду -- Восьмилап немного приподнимается, разворачивается и на "гусеницах" следует за ушедшим Холландом.
-- Э-э, -- отвисает челюсть у второго охранника, сегодня по совместительству -- грузчика, -- это что, он мог сразу сам так ехать?.. -- он не заканчивает мысль, так как Вилли толкает напарника в бок, намекая, что лучше заткнуться и не жаловаться в двух шагах от Изабеллы.
Направляюсь за Восьмилапом, держа согнутую в локте руку перед собой и следя за показаниями на экране. Пока все отлично.
Люди расходятся, пропуская нас с моим изобретением вперед, провожают растерянными взглядами.
Холланд уже ждет у стены. Берет кирку, показывает, как выбрать место, под каким углом бить, как правильно отломить камень, чтобы не разрушить, как протереть мягкой тканью, положить в тачку... Внимательно слежу за каждым его действием.
-- Прикажете продолжать? -- безразлично спрашивает Холланд, когда кусок камня оказывается в тачке.
Бр-р-р. Мороз по коже от его голоса. Вот что-что, а приказывать я точно никому здесь не собираюсь.
-- Не-а, -- машу головой, -- спасибо, пока хватит, -- делаю ему знак свободной рукой, чтобы посторонился. -- Отойдите, пожалуйста, -- он послушно шагает в сторону. -- Все-все, -- останавливаю, -- не уходите далеко, мне понадобится ваше экспертное мнение.
Краем глаза замечаю, что Изабелла, Шон, Вилли и второй безымянный охранник все же решают подойти поближе. Отлично, самое время.
Пробегаю пальцами по экрану, задаю действие. Робот подъезжает к стене, прицеливается, бьет... М-да, первая попытка ожидаемо проваливается -- синерил сыпется на пол мелкой крошкой. Слышу за спиной смешок, никак не реагирую.
Так, как я и думал, восьмая "лапа" лишняя, насадка не годится. Делаю в комме заметки. Даю роботу следующую команду. Опять промах... Ага, пять "лапок" хватит, самое то.
Продолжаю по ходу делать заметки, отмечая, что и как следует исправить. Бросаю взгляд на Изабеллу -- кажется, она уже очень близка к тому, чтобы закрыть лицо руками. Ничего, мы еще только подходим к самому интересному.
Спустя около получаса, когда у Изабеллы окончательно лопается терпение, и она шагает ко мне с явным намерением прекратить этот цирк, я наконец выясняю, какую мощность и скорость стоит использовать и как задать верную команду. К сборке и программе в целом нареканий у меня так и не появляется.
-- Алекс... -- нетерпеливо начинает Изабелла в тот самый момент, когда Восьмилап (в скором времени обещающий стать Пятилапом) добывает большой гладкий камень, обтирает его и, не меняя своего местоположения, аккуратно перекладывает из "лапы" в "лапу", чтобы бережно положить в тачку.
Рука Изабеллы таки тянется к лицу, но не для того, чтобы закрыть глаза, а чтобы прикрыть в изумлении приоткрывшиеся губы.
